Кстати говоря, зитарку тоже вызывали на допросы, даже угрожали, но она, как и я в той ситуации, твердо стояла на своем, и получить от нее какую-либо информацию безопасникам Зитара не удалось. Милая нежная Лия, всегда тихая и доброжелательная, оказалось, была полна приятных сюрпризов и имела несгибаемый стержень, оставаясь преданной папе даже несмотря на разрыв их отношений. Не сообщила зитарка и о гало-носителе, который оставил у нее отец как раз накануне своего исчезновения, спрятав его так, что даже обыски в ее жилье ничего не дали. Именно благодаря данным на этом носителе, который шпионы Мирана получили у Лии позже, а затем и передали в независимую комиссию Содружества, папе удалось не просто восстановить свою репутацию, но и инициировать проверки на планете-пустыне, так как происходящее там выходило уже за рамки дел, которые планета может решить самостоятельно.
Не буду в деталях рассказывать о том, что последовало за этим. Всплыло так много грязи, что даже говорить об этом неприятно. Советника Коха, кстати, нашли где-то в трущобах “низа”, но он пролить свет на происходящее уже не смог ввиду своей безвременной кончины. Скорее всего, его покровители или “друзья”, личности которых раскрылись позднее, просто избавились от нежелательного свидетеля, понимая, что больше он им ничем не поможет. Что же, за что боролся, на то и напоролся, как говаривали мои предки.
Папины подозрения относительно “сиро” подтвердились. А благодаря тому, что медики и ученые Мирана не просто приготовили ему антидот, но и взяли из его организма образец токсина, обвинять отца в каких-то домыслах и фантазиях никто уже просто не посмел. Миранские службы, проводя свое расследование, в отличие от безопасников Зитара, отталкивались именно от убежденности в невиновности отца, потому что его давний друг, Заместитель главного Советника Мирана, за него поручился. И когда доказательств папиной невиновности было собрано уже достаточно, все обвинения зитарцев стали сыпаться и подвергаться сомнениям, потому что явно подгонялись под другую версию, подкрепляясь давлением от кого-то сверху и искусственно созданной шумихи в СМИ. По инициативе того же Александра Коха, скорее всего.
Имя одного из “шеров” Зитара, с подачи которого и действовал Советник Кох, всплыло после получения показаний нескольких беспечатников-отщепенцев, участвовавших в заговоре против Мирана несколько лет назад и находящихся в бегах. Их лидер получил от зитарского заказчика задание убрать отца и выкрасть меня и Ию с планеты, но беспечатники разошлись во мнениях из-за открытия Микеля, избавились от своего предводителя и сдались властям родной планеты, желая поучаствовать в следующем эксперименте ученого взамен на информацию об этом заказчике. Далее власти Мирана просто передали все эти данные Содружеству, которому пришлось вмешаться в дела Зитара и навести там порядок, так как угроза, что “сиро” распространится не только на планете-пустыне, но и на других планетах стала более чем реальной. “Шера” поймали на пути в другую систему, а уже через него добрались и до замешанной в преступной деятельности верхушке Зитара. Под чистки попала в том числе и семья Соль, так что Ия навсегда избавилась от угроз, исходящих от своей родни.
Чуть позже мы узнали, что именно “шер” инициировал погоню за папой и “Мириадой”. Именно его катер участвовал в том космическом бою, взорвав транспортник и попутно нанеся “Новому началу” непоправимый ущерб и став причиной аварии на спутнике. Тот “шер” оказался настолько крупной рыбой, что, если бы не по случайности полученная от беспечатников информация, его бы вряд ли кто-то когда-нибудь нашел. После его поимки Содружество не просто встало на папину сторону, но и сделало ему предложение, от которого амбициозный и активный отец просто не смог отказаться. Он, разумеется, не хотел покидать меня, но я убедила папу в том, что ему нужно продолжать свою деятельность, потому что быть политиком - это его призвание. На Миране он, к сожалению, построить политическую карьеру просто не мог, так как, даже будучи почетным гостем планеты, получив от нее политическую защиту и помощь, он все же не являлся миранцем-мужчиной, что было обязательным условием для Советников Мирана мужского пола.