Система не может испытывать эмоций. Она не человек. И даже не киборг. Она — система. Но если бы могла, то, Рэнди в этом уверен, сейчас она была бы счастлива: она наконец-то снова делала то, для чего была создана.
Коршун учил, что заданную очередность нейтрализации объектов менять следует лишь в экстренных обстоятельствах или при очень удачном их стечении. В данный конкретный момент признаков ни первого, ни второго не обнаружено. Значит, менять не будем. Первыми по списку идут часовые. Их дольше всего не хватятся. Остальные — потом.
Пусть шумят. Послушаем.
— Да не трогал я ее!
— Я сказал. Чтоб и близко.
— Стив, да ты что, не понимаешь?! Эта мелкая дрянь нас просто поссорить хочет! Я ее и пальцем!..
— Пальцем, да? А кто ей полный заряд вкатил? Всех же предупреждали, чтобы поделикатнее…
— Ага, вон Ёсик поделикатничал с дозой, и что?! Эта дрянь недооглушенная так в руль вцепилась, чуть флайер не грохнула! И где бы мы тогда все были сейчас?! И что мне оставалось делать, скажи?! И медвежонок этот ее…
— Ну да, теперь еще к медвежонку привяжись.
— Откуда она его взяла? Не было его сначала, вот чем хошь клянусь, не было!
— Лес, прекращай. Все знают, что у тебя зуб на ее папашу, вот ты на дочке и отыгрываешься.
— Да не отыгрываюсь я!
— Лес, я сказал. Еще раз рядом увижу — сам урою.
— Да пошел ты!
Объект «Стив» ушел в направлении гаража. Хлопнула дверь. Объект «Лесли» остался топтаться у стены цеха, невнятно матерясь. Вжикнула молния. Зажурчало.
В щель между цехом и оградой вполне упихнется и еще одно тело. Викки пришла в себя. Это хорошо. И Винни-Пух у нее. Еще лучше. Значит, она знает, что Рэнди рядом. Значит, не будет делать глупостей и отыграет принцессу, как учили.
Хорошо, что Рэнди не надо отыгрывать авшура: у них слишком сложная манера говорить.
— Да, мисс… Я благодарен вам за предоставленную информацию, мисс, и мы обязательно…
Но Сандра слишком хорошо знала этот тон вежливой отмашки, чтобы купиться на произнесенные им слова.
— Нет, мистер Крейн, — сказала она специально отработанным для подобных случаев учительским голосом, старательно улыбаясь и цепко удерживая начальника охраны за рукав пиджака. — Боюсь, что вы как раз не понимаете. Потому что не слушали. Я просила всего лишь пять минут вашего внимания, но вы не дали мне и секунды. Все ваше внимание устремлено вслед мистеру офицеру Лаврову и мистеру Нодье, а на меня вы даже не смотрите. И не слушаете. Сможете повторить мои последние слова, мистер Крейн?
Говард Крейн посмотрел вдоль коридора — уже опустевшего, поскольку оба шедшие по нему мужчины давно свернули на лестницу, — обернулся к Сандре, обреченно вздохнул и… повторил ей все, что она говорила ему последние две минуты. Не дословно, но очень близко к тексту. И даже мерзкий учительский тон финальных фраз скопировать умудрился.
— Извините… — пискнула Сандра, разжимая пальцы и смущенно пряча руки за спину. — Но я и правда думала… то есть хотела… то есть… извините. Но ведь это и правда важно!
— Конечно, важно, мисс Леман. — Говард Крейн снова вздохнул и на этот раз сам взял Сандру под локоть. — И раз уж вы меня все равно задержали, давайте пройдем в холл, там есть удобный диван.
Диван действительно оказался удобным, а начальник охраны заговорил чуть ли не раньше, чем они уселись.
— Думаю, совсем замять это не удастся, вы все равно все узнаете… Даже если не будет предъявлено официальных обвинений, а их, скорее всего, предъявлено не будет, мистер Браун не любит публичности… Да вы бы уже все узнали, если бы оставались в кабинете: мы с комиссаром как раз шли предъявить мистеру Брауну виновного и доказательства, когда вы так решительно вцепились мне в рукав.
— Нодье?! — охнула Сандра, вспомнив, каким растерзанным и несчастным выглядел блондин управляющий: ни дать ни взять мокрая белая мышь рядом с толстым довольным котом.