Читаем Пенсионная система перед бурей. То, что нужно знать каждому о финансовом будущем своей страны полностью

История человечества еще не знала таких демографических сдвигов. И остановить их невозможно. Процесс старения изменит наш мир на личном, национальном и международном уровнях. В частности, он потребует таких расходов, которые потрясут экономику США, Японии и Западной Европы до самого основания. Правда хуже вымысла

Традиционная политика сводится к бесконечному спору об имущих и неимущих. Имущие богатеют? Не многовато ли им будет? Почему бы им не поделиться с неимущими? Такое перетягивание каната отвлекает внимание от другого важного вопроса – о нынешних и будущих. Мы – нынешние, наши дети и внуки – будущие. Десятилетие за десятилетием нынешние брали у будущих. К сожалению, как фискальную, так и психологическую эксплуатацию детей трудно зафиксировать. Но ее можно измерить. Для этого мы использовали сравнительно новый метод, именуемый поколенческим учетом. И в результате пришли к следующему выводу: если мы, взрослые, не пойдем на жертвы (на очень большие жертвы!), причем немедленно, наши дети всю свою жизнь будут вынуждены платить налоги по вдвое более высоким ставкам, чем мы платим сейчас!

Да, вы правильно поняли. На каждый заработанный доллар нашим детям придется платить чистых налогов, за вычетом выплат из всевозможных бюджетных фондов, почти вдвое больше, чем платим сегодня мы. Если сейчас вам кажется, что дядя Сэм сдирает с вас последнюю шкуру, представьте, что будут чувствовать ваши дети.

Можно подойти к вопросу с другой стороны и подсчитать, насколько придется повысить федеральный личный и корпоративный подоходный налоги, чтобы обеспечить межпоколенческий баланс, то есть сделать так, чтобы будущие поколения платили не больше, чем мы. Соберитесь с силами! Налоги придется повысить на 69 %!

Возможно, вам было бы легче, напиши мы, что таковы результаты наших расчетов. Тогда вы могли бы отмахнуться: «Эти парни рехнулись» – и швырнуть книгу в мусорную корзину. Но эти расчеты провело наше собственное правительство. И совсем не случаен тот факт, что вы не знакомы с этими цифрами, которые подготовили в конце 2002 г. ведущие экономисты, статистики, актуарии и фискальные аналитики Министерства финансов, Административно-бюджетного управления при президенте и Федерального резерва. Их просто вымарали из текста бюджетного послания президента в 2003 г. из страха, что полученные данные помешают президенту Бушу провести третье крупное сокращение налогов. Езда по Лос-Анджелесу с картой Нью-Йорка

К несчастью, скрыв результаты поколенческого учета, правительство действует вслепую. Альтернативная система политических ориентиров – официальная величина федерального долга – хуже, чем бесполезна, когда речь идет об оценке фискального бремени, которое мы оставляем своим детям. На самом деле, с научной точки зрения величина государственного долга совершенно бессодержательна. Она ничего не говорит нам о фискальной политике страны. Напротив, официальная величина государственного долга целиком зависит от того, каким образом правительство обозначает свои доходы и расходы – какие слова оно использует, чтобы охарактеризовать деньги, которые оно получает и тратит. С одним набором слов величина дефицита будет одной. С другим – совершенно другой. В сущности, правильно подобрав слова, правительство сможет делать дефицит бюджета сколь угодно большим или маленьким.

Эта идея, изложенная в главе 3, весьма радикальна. В конце концов, все страны мира используют величину бюджетного дефицита для оценки своей фискальной политики. Международные кредитные организации, такие как Международный валютный фонд и Всемирный банк, также ориентируются на этот показатель, когда принимают решение о том, какая страна заслуживает выделения кредитов и другой помощи. Практически во всем мире при обсуждении вопросов фискальной политики величина бюджетного дефицита является центральным показателем качества политики.

Ложное представление о дефиците дало нашему (и всем другим) правительству фантастическую возможность грабить будущие поколения, перекладывая на них налоги за нашу жизнь в кредит. Бо́льшая часть грабежа шла под прикрытием «сбалансированного бюджета», через систему социального страхования, выплачивающую пенсии и пособия из текущих доходов. Но, как показано в главе 3, страны могут демонстрировать солидный бюджетный профицит, одновременно сдвигая на следующие поколения значительные будущие обязательства, никогда не высвечивающиеся в составе «официального» государственного долга, цифры которого никак не отражают огромных будущих обязательств систем социального страхования и медицинского обслуживания престарелых (Medicare).

Виагра, змеиный жир и другие популярные средства

Перейти на страницу:

Похожие книги

21 урок для XXI века
21 урок для XXI века

В своей книге «Sapiens» израильский профессор истории Юваль Ной Харари исследовал наше прошлое, в «Homo Deus» — будущее. Пришло время сосредоточиться на настоящем!«21 урок для XXI века» — это двадцать одна глава о проблемах сегодняшнего дня, касающихся всех и каждого. Технологии возникают быстрее, чем мы успеваем в них разобраться. Хакерство становится оружием, а мир разделён сильнее, чем когда-либо. Как вести себя среди огромного количества ежедневных дезориентирующих изменений?Профессор Харари, опираясь на идеи своих предыдущих книг, старается распутать для нас клубок из политических, технологических, социальных и экзистенциальных проблем. Он предлагает мудрые и оригинальные способы подготовиться к будущему, столь отличному от мира, в котором мы сейчас живём. Как сохранить свободу выбора в эпоху Большого Брата? Как бороться с угрозой терроризма? Чему стоит обучать наших детей? Как справиться с эпидемией фальшивых новостей?Ответы на эти и многие другие важные вопросы — в книге Юваля Ноя Харари «21 урок для XXI века».В переводе издательства «Синдбад» книга подверглась серьёзным цензурным правкам. В данной редакции проведена тщательная сверка с оригинальным текстом, все отцензурированные фрагменты восстановлены.

Юваль Ной Харари

Обществознание, социология
Knowledge And Decisions
Knowledge And Decisions

With a new preface by the author, this reissue of Thomas Sowell's classic study of decision making updates his seminal work in the context of The Vision of the Anointed. Sowell, one of America's most celebrated public intellectuals, describes in concrete detail how knowledge is shared and disseminated throughout modern society. He warns that society suffers from an ever-widening gap between firsthand knowledge and decision making — a gap that threatens not only our economic and political efficiency, but our very freedom because actual knowledge gets replaced by assumptions based on an abstract and elitist social vision of what ought to be.Knowledge and Decisions, a winner of the 1980 Law and Economics Center Prize, was heralded as a "landmark work" and selected for this prize "because of its cogent contribution to our understanding of the differences between the market process and the process of government." In announcing the award, the center acclaimed Sowell, whose "contribution to our understanding of the process of regulation alone would make the book important, but in reemphasizing the diversity and efficiency that the market makes possible, [his] work goes deeper and becomes even more significant.""In a wholly original manner [Sowell] succeeds in translating abstract and theoretical argument into a highly concrete and realistic discussion of the central problems of contemporary economic policy."— F. A. Hayek"This is a brilliant book. Sowell illuminates how every society operates. In the process he also shows how the performance of our own society can be improved."— Milton FreidmanThomas Sowell is a senior fellow at Stanford University's Hoover Institution. He writes a biweekly column in Forbes magazine and a nationally syndicated newspaper column.

Thomas Sowell

Экономика / Научная литература / Обществознание, социология / Политика / Философия
История британской социальной антропологии
История британской социальной антропологии

В книге подвергнуты анализу теоретические истоки, формирование организационных оснований и развитие различных методологических направлений британской социальной антропологии, научной дисциплины, оказавшей значительное влияние на развитие мирового социально-гуманитарного познания. В ней прослеживаются мировоззренческие течения европейской интеллектуальной культуры XVIII – первой половины XIX в. (идеи М. Ж. Кондорсе, Ш.-Л. Монтескье, А. Фергюсона, О. Конта, Г. Спенсера и др.), ставшие предпосылкой новой науки. Исследуется научная деятельность основоположников британской социальной антропологии, стоящих на позиции эволюционизма, – Э. Б. Тайлора, У. Робертсона Смита, Г. Мейна, Дж. Дж. Фрэзера; диффузионизма – У. Риверса, Г. Элиота Смита, У. Перри; структурно-функционального подхода – Б. К. Малиновского, А. Р. Рэдклифф-Брауна, а также ученых, определивших теоретический облик британской социальной антропологии во второй половине XX в. – Э. Эванс-Причарда, Р. Ферса, М. Фортеса, М. Глакмена, Э. Лича, В. Тэрнера, М. Дуглас и др.Книга предназначена для преподавателей и студентов – этнологов, социологов, историков, культурологов, философов и др., а также для всех, кто интересуется развитием теоретической мысли в области познания общества, культуры и человека.

Алексей Алексеевич Никишенков

Обществознание, социология