Читаем Перед восходом солнца полностью

Во дворе - солдаты и городовые с ружьями, Сегодня годовщина смерти Толстого. Я иду по университетскому коридору. Здесь шум, суета, оживление.

По коридору медленно выступает попечитель учебного округа - Прутченко. Он высокий, крупный, краснолицый. На белой груди под вицмундиром маленькие бриллиантовые запонки.

Вокруг попечителя живая изгородь из студентов,- это студенты академической корпорации, "белоподкладочники". Взявшись за руки, они оцепили попечителя и охраняют его от возможные эксцессов. Командует и больше всех суетится какой-то длинновязый, прыщеватый студент в мундире, со шпагой на боку. ]

Вокруг шум и ад. Кто-то кричит: "По улицам слона водили". Шутки. Смех.

Попечитель медленно идет вперед. Живая изгородь почтительно движется вместе с ним.

Появляется студент. Он мал ростом. Некрасивый. Но лицо у него удивительно умное, энергичное.

Подойдя к "изгороди", он останавливается. Невольно останавливается и изгородь с попечителем.

Подняв руку, студент водворяет тишину. Когда становится тише, студент кричит, отчеканивая каждое слово:

- "У нас в России две напасти: внизу власть тьмы, вверху - тьма власти".

Взрыв аплодисментов. Хохот.

Длинновязый студент эффектно хватается за эфес шпаги. Попечитель устало бормочет: "Не надо, оставьте..."

Студент со шпагой кому-то говорит: "Узнайте фамилию этого хама..."

СТОИЛО ЛИ ВЕШАТЬСЯ

Повесился студент Мишка Ф. Оставил записку: "Никого не винить. Причина - неудачная любовь".

Я немного знал Мишку. Нескладный. Взъерошенный. Небритый. Не очень умный.

Студенты, впрочем, хорошо относились к нему - он был легкий, компанейский человек.

Из почтения к его трагедии решили выпить за его упокой.

Собрались в пивной на Малом проспекте.

Сначала спели "Быстры, как волны, все дни нашей жизни". Затем стали вспоминать о своем товарище. Однако никто не мог вспомнить ничего особенного.

Тогда кто-то вспомнил, как Миша Ф. съел несколько обедов в университетской столовой. Все засмеялись. Стали вспоминать всякие мелочи и чепуху из Мишкиной жизни. Хохот поднялся невероятный.

Давясь от смеха, один из студентов сказал:

- Однажды мы собрались на бал. Я зашел за Мишкой. Руки ему не захотелось мыть. Он торопился. Он сунул пальцы в пудреницу и забелил под ногтями черноту. Раздался взрыв смеха.

Кто-то сказал:

- Теперь понятно, отчего у него была неудачная любовь.

Посмеявшись, снова стали петь "Быстры, как волны...". Причем один из студентов всякий раз вставал и рукой подчеркнуто дирижировал, когда песня доходила до слов: "Умрешь - похоронят как не жил на свете".

Потом мы пели "Гаудеамус", "Вечерний звон" и "Дирлим-бом-бом".

НА ИМЕНИНАХ

Вечер. Я иду домой. Мне очень грустно.

- Студентик!- слышу я чей-то голос.

Передо мной женщина. Она подкрашена и подпудрена. Под шляпкой с пером я вижу простое скуластое лицо и толстые губы.

Нахмурившись, я хочу уйти, но женщина говорит, сконфуженно улыбаясь:

- Я сегодня именинница... Зайдите ко мне в гости - чай пить.

Я бормочу:

- Извините... Мне некогда...

- Я иду со всеми, кто меня приглашает,- говорит женщина.- Но сегодня я решила справить свои именины... Я решила сама кого-нибудь пригласить. Пожалуйста, не откажитесь...

Мы поднимаемся но темной лестнице, среди кошек. Входим в маленькую комнату.

На столе - самовар, орехи, варенье и крендель.

Мы молча пьем чай. Я не знаю, что мне говорить. И она сконфужена моим молчанием.

- Разве у вас никого нет - друзей, близких?

- Нет,- говорит она,- я приезжая, из Ростова.

Попив чаю, я надеваю пальто, чтоб уйти.

- Неужто я вам так не нравлюсь, что вы даже не хотите остаться у меня?- говорит она.

Мне весело и смешно. Я не чувствую к ней брезгливости. Я целую на прощанье ее толстые губы. И она спрашивает меня:

- Зайдешь еще разок?

Я выхожу не лестницу. Может быть, запомнить ее квартиру? В темноте я считаю, сколько ступенек до ее двери. Но сбиваюсь. Может быть, чиркнуть спичку - взглянуть на номер ее квартиры? Нет, не стоит. Я больше не приду к ней.

ПРЕДЛОЖЕНИЕ

Я прохожу по вагонам. В руках у меня щипчики для пробивания железнодорожных билетов.

Мои щипчики высекают полумесяц.

Шикарная ветка Кисловодск - Минеральные Воды обслуживается летом студентами. И вот почему я здесь, на Кавказе. Я приехал сюда на заработок.

Кисловодск. Я выхожу на платформу. У дверей вокзала огромный жандарм, с медалями на груди. Он застыл, как монумент.

Вежливо кланяясь и улыбаясь, подходит ко мне кассир.

- Коллега,- говорит он мне (хотя он не студент),- на пару слов... В другой раз вы не пробивайте щипчиками билеты, а возвращайте мне...

Эти слова он произносит спокойно, улыбаясь, как будто речь идет о погоде. Я растерянно бормочу:

- Зачем?.. Для того чтоб вы их... еще раз про- дали?..

- Ну да... У меня уже есть договоренность почти со всеми вашими... Доход пополам...

- Мерзавец!.. Вы врете!- бормочу я.- Со всеми?

Кассир пожимает плечами.

- Ну, не со всеми,- говорит он,- но... со многими... А что вас так удивляет? Все так делают... Да разве мог бы я жить на тридцать шесть рублей... Я даже не считаю это преступлением. Нас толкают на это...

Резко повернувшись, я ухожу. Кассир догоняет меня.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Тихий Дон
Тихий Дон

Вниманию читателей предлагается одно из лучших произведений М.Шолохова — роман «Тихий Дон», повествующий о классовой борьбе в годы империалистической и гражданской войн на Дону, о трудном пути донского казачества в революцию.«...По языку сердечности, человечности, пластичности — произведение общерусское, национальное», которое останется явлением литературы во все времена.Словно сама жизнь говорит со страниц «Тихого Дона». Запахи степи, свежесть вольного ветра, зной и стужа, живая речь людей — все это сливается в раздольную, неповторимую мелодию, поражающую трагической красотой и подлинностью. Разве можно забыть мятущегося в поисках правды Григория Мелехова? Его мучительный путь в пламени гражданской войны, его пронзительную, неизбывную любовь к Аксинье, все изломы этой тяжелой и такой прекрасной судьбы? 

Михаил Александрович Шолохов

Советская классическая проза
Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Георгий Сергеевич Березко , Георгий Сергеевич Берёзко , Наталья Владимировна Нестерова , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза