Знакомый шофер автобуса Назим – азербайджанец, работающий в Саратове, оценивает роль оппозиции в Азербайджане и шансы Алиева – второго. «Оппозиция демократов не имеет отношения к народу. В основном – это та часть буржуазии, которую ранее обнесли пирогом. Реваншисты. Клан Алиева такой же пробы, но они уже у власти и делиться ею не будут. Приход новых приведет к переделу собственности и народ от этого только проиграет». Интересно, а какова тактика коммунистов Азербайджана?
Пресса, контролируемая КПРФ, редко помещает материалы, критически оценивающие эффективность работы этой партии и ее отдельных программ. В статье Е. Польгуевой «Жить в гуще» («Сов. Россия», от 25. 10.2005 г.) такая попытка предпринята.
«Надо хорошо понимать: коммунистов уважают даже враги и политические противники за то, что они способны к настоящей борьбе и жертвенности. Исторически именно коммунисты были самыми стойкими и беззаветными борцами. Если же все сводится лишь к социальной и антиправительственной риторике, то чем коммунисты отличаются от других?
Чрезвычайно важный момент – это очередная попытка власти разрушить Мавзолей Ленина. Если это произойдет, это нанесет колоссальный урон престижу КПРФ и левого движения вообще. Было заявлено: сегодня вы хороните Ленина, завтра мы выводим на улицы тысячи человек. Но есть опасения, что власть не очень-то испугалась. Складывается впечатление, что в реальности (у КПРФ) нет никакого плана действий: в какой момент и куда людям выходить, а главное – что и как после этого выхода делать, каких результатов добиваться и какими методами. А значит, если такой протест состоится, то вряд ли он будет хорошо организован и опасен для власти.
Почему-то так получается, что, давая вполне точные прогнозы, КПРФ вроде бы сама не до конца верит, что они сбудутся, и к очередному катаклизму оказывается политически и организационно не готовой. Так было и с массовыми протестами против монетизации, и после масштабных террористических атак, и после столичного энергетического коллапса в мае, в акциях, связанных с Народным референдумом. Более того, утверждая, что КПРФ – борющаяся партия, подтверждая это реальными примерами судебного и физического преследования наших товарищей, мы не разрабатываем сколько-нибудь серьезную, адекватную политическому моменту систему защиты коммунистов, откликаясь лишь постфактум, когда уже избили, разгромили, уволили или посадили. А как вести себя, что делать и отдельным коммунистам, и партии в целом, если события примут еще более серьезный оборот, а преследования станут массовыми?
Чтобы побеждать, надо не спешить вослед событиям, а опережать их».
Письмо из Ленинграда от однокурсника.
«Твоя книга выходит далеко за пределы воспоминаний об Учителе, она отражает целую эпоху состояния науки о внутренних болезнях, встречающихся в обстоятельствах мирной жизни, в обстоятельствах войны и природных катаклизмов. Со страниц книги звучит совесть большого мудрого врача и ответ на все модели «благополучия» со стороны власти и идиотизм социальной действительности, который и мы с тобой вкушаем на старости лет. Конечно, с такими принципиальными позициями тебя не пускали в лейб-медики, да и к тому же работать в столице. Во многом я с тобою солидарен. Мне тоже никогда не хотелось казаться, а хотелось быть».
Общаясь с членами КПРФ, часто сталкиваешься с окаменелостями, главная черта которых – болезненная преданность их руководству, без малейших признаков критики.
Я ранее писал о «Тушинских перелетах» – времени смуты, народном ополчении под руководством Минина и Пожарского, об изгнании поляков из Москвы и России. Никакого научного исторического содержания в дате 4 ноября нет.
4.11 —в день так называемого национального единства, очередного мертворожденного праздника в нашей стране, прошли митинги протеста. Зато церковники просто в обнимку ходили с иконой Казанской божьей матери.
Православный праздник церковью и государством возводится в праздник национальный. А суть состоит в отбрасывании рабоче-крестьянских, советских ценностей, в вытеснении Дня Великой Октябрьской Социалистической революции. Идет настоящая классовая борьба. Буржуазия последовательно зачеркивает память трудящихся.
В стране накопилось столько зла, что должен появиться мститель.
Я напоминаю себе метеоролога, выскакивающего из теплой станции на мороз, как это показывается по телевизору, когда полярники в избе кофе пьют. Но я это делаю, чтобы получше разглядеть саму станцию снаружи. Таковы мои отношения с РКРП, если представить, что РКРП – станция. Изнутри – нет достаточного кругозора.