-- Права. Причём по всем статьям. Но... я тебе никогда не говорила, сейчас скажу... потому что на трезвую, никогда не признаюсь. - Лера неприятно ухмыльнулась и посмотрела пьяными глазами из-под густых полуопущенных ресниц. - Ты права, и у меня были мужики, которым Сашка и в подмётки не годится. Я сейчас говорю о положении, состоянии, внешних данных... ну, и о способностях в постели. Были такие, от одного упоминания о которых у меня трусики мокрыми становятся и в памяти играют картинки, но... но, но, но. Только с ним я чувствую себя собой. Настоящей. Именно такой, какая я есть, и мне не надо притворяться, кого-то обманывать. Рядом с ним у меня душевный покой, словно я целая, а не расколотая пополам чаша. И, веришь, нет, ни один из мужчин не дарит мне такие ощущения. Ни один.
Хмель уже давно ударил в голову, Лера задумчиво улыбнулась, подпирая голову рукой, затем недобро хмыкнула и подняла глаза к подруге.
-- Фиг ему, а не прощение. - Лера скрутила перед подругой красивенную дулю и сунула прямо под нос, держала так несколько секунд, пока Анька не стукнула по руке, отталкивая кукиш подальше и обе рассмеялись.
-- Лерка, ты уже невменяемая, пошли домой.
-- С ума сошла, мы только пришли! К тому же, у меня ещё встреча. Деловая. - Последнее слово Лера произнесла со смаком, ей нравилось роль бизнес-вумен, да и вообще нравилось заниматься делом. В Италии, она хоть и руководила своим рекламным агентством, но делала это через "не хочу". Это был подарок её любовника Марио, ему нравилось, когда Лера улыбалась, а улыбалась она, когда была в азарте за работой, только со сферой деятельности не угадал, но зато Лера смогла натаскаться в плане руководства крупной компанией. Сейчас ей этот опыт как нельзя кстати.
-- Ой, и с кем ты такая готовенькая будешь встречаться? Не со мной ли?
-- Анька, ты чего, мы ж с тобой уже встретились! Я же говорю, по делу.
-- Ну, ну.
-- Вот знаешь, он так смотрит на меня, молчит в моём присутствии, словно показать хочет, как я ему важна.
-- Кто, Синицкий? - Перебила Анька, а Лера на это скривила кислую мину, глаза уже были совсем пьяные, и её то и дело пробивало на смех.
-- Нет, блин. Кто ещё меня волнует? Конечно Сашка! И понимаешь, раньше я думала, что он так показывает, что виноват, готовится ошибки свои признать, покаяться, а сегодня так выходит: просто хочет развестись, при этом всё к рукам прибрать. Вот и молчит, думает, что я уступлю. А хрен ему, а не развод!
-- Да зачем он тебе сдался? У тебя что, денег мало? У тебя кавалеров мало? Да ты пальцем щёлкни и полмира у твоих ног, а ты с этим недоделанным возишься. Он никогда не ценил тебя, я это сразу тебе сказала, и Борьку тогда отвадил, а он бы в отличие от недоделанного, тебя на руках носил.
-- Не называй его так, -- Лера некрасиво икнула, прямо на последнем слове и от смеха прикрыла рот ладошкой.
-- Он, гад, вспоминает...
Не называй, он всё-таки ещё муж.
-- Я бы на твоём месте такой скандал ему закатила, что костей бы потом не собрал, а ты...
Анька обречённо махнула на подругу рукой, как на недалёкую, и тут же кивнула проходящему мимо молоденькому официанту, призывая того снова наполнить бокалы. В зале кто-то исполнял сопливую душещипательную песенку, которую в простонародье так и называют - медляк. Аня тут же сделала страшные глаза и подняла их к потолку, только расплакаться напоследок и остаётся! Подвыпивших девушек уже приметили солидные мужики с животами по колено. И всеми силами старались попасть в их поле зрения, а как только добились результата, подошли.
-- Девушки вы танцуете?
Мужчина нагло облокотился на Лерин стул, заглядывая ей в лицо, иногда переводил взгляд на Аню.
-- Нет, мужчина, но если я не сверну шею, глядя сейчас на вас, то обязательно спою!
-- С удовольствием послушаю. - С медовой улыбкой наклонился тот ещё ближе.
-- И я!
Рассмеялась Анька, вспоминая их последнее посещение подобного поведения, а когда Лера спокойно оттолкнула опостылевшего ухажёра, уперевшись ему ладошкой прямо в лицо, и вовсе загоготала. Лера тут же махнула официанту повторить, а сама из-за стола поднялась.
-- Ты куда?