Я прикрыла глаза и потерла лоб ладонью. Выходит, я должна была еще и благодарить отца за то, что он смог оставить мне во владение хотя бы половину квартиры. Но за что так ненавидела меня мама? Почему я для нее была настолько нежеланна, как будто на свете она готова была проявить чувства к кому угодно, кроме одного-единственного человека? И этим самым человеком являлась ее старшая дочь.
- Ты сказал, что не знал про Дениса… ну, что она ему лжет. Теперь все выяснилось? Мама сама тебе призналась? - задала я вопросы.
По сути, если мама теперь не скрывается, то лично мне все ясно - за Дениса она будет бороться. Иначе бы нашла способ придумать какую-нибудь чушь. Мол, Катюша еще маленькая, не так что-то поняла, а отец у нее один - наш общий с нею папа. И знать об этом никому не полагается.
Но я могла побиться об заклад - Власта Викторовна знала прекрасно про звонок Кати. И про сообщения ребенка - тоже.
- Денис не скрывает того, что уверен, будто Катя рождена от него. Про твои алименты, как я понимаю, он не в курсе. Иногда ездит к дочери, дарит ей игрушки. Я не знаю, что с этим всем делать, папа, - решила я сыграть роль жертвы.
Конечно, именно таковым человеком я и являлась во всем этом - жертвой. Но мне хотелось сделать хоть что-то… Хоть как-то нарушить планы матери, в которых она расставляла людей словно шахматные фигурки на поле.
- Да, твоя мама рассказала, будто Денис считает себя отцом Кати. Но она и не против, чтобы хоть так у ее дочери был папа, который иногда приезжает. Я буду выяснять правду, - заверил меня отец. - Теперь мне очень важно от кого же эта лгунья на самом деле родила Катю! Проведу тест ДНК, и если он покажет, что я не имею отношения к девочке - пусть ее растит Денис!
О, папуля разозлился на Сычева, что мне было лишь на руку.
- Значит, моя мама тебя дергала за ниточки и буквально заставила отдать чужому мужику половину того, что должно принадлежать мне? А еще ты платил чужому ребенку алименты и так бы происходило и дальше? Хорошо они устроились, ничего не скажешь, - посокрушалась я, обрисовав самые главные аспекты, которые меня во всем этом интересовали.
Папа в ответ промолчал. Только надсадно дышал в трубку, что выдавало его эмоции с головой.
- Я буду разбираться! - заявил он уверенно. - Только ты пока Марии ничего не говори, - попросил он, будто мы с его «девушкой» были не разлей вода. - Может, и удастся от нее все скрыть, если Катя не от меня.
Папа не стал прощаться и давать мне каких-то обещаний. Да я их и не ждала. Он отключился, а я отложила телефон и растерла лицо ладонью. Все жутко запуталась, но я собиралась принять в происходящем участие. Потому что они и меня втянули в свои игрища помимо воли.
Значит, нужно сделать так, чтобы дальше все шло хоть отчасти по моим правилам.
5.3
Много думая о том, как поступил Олег по отношению ко мне, я пришла к выводу, что он попросту не мог иначе. Самым верным было в его ситуации молчать и ни о чем мне не говорить, потому что лезть в те отношения, в которых каждый из нас с Дэном являлся другом Гончарова, было себе дороже. Зато сейчас, когда я посмотрела на всю ситуацию словно бы со стороны, можно было уверенно сказать, что Олега я ни в чем не виню.
Набирая его номер, я решила про себя так: если мы встретимся, поговорим и сказанное Гончаровым меня не настроит на негативный лад, то наше общение продолжится. Когда я говорила ему в запале, что меня в этой ситуации никто ни разу не выбирал, была не права. Олег ведь сказал мне, что его дружбе с Денисом конец. И что он останется отныне верен только мне. Надеясь, что проверять мне это на собственной шкуре не придется, я позвонила Гончарову и попросила его приехать ко мне.
- Как ты и просила - сахар, - немного смущаясь, что от него лицезреть было довольно странно, сказал Олег, вручая мне упаковку рафинада.
- Не хотелось идти в магазин, а гонять курьера ради пачки сахара показалось странным, - ответила я, забирая принесенное Олегом. - Разувайся и проходи, я приготовила салат.
К нему шла запеченная курица, аромат которой витал в квартире. Пришлось заказать маленькую духовку, потому что кухня ею укомплектована не была. А я предпочитала готовить мясо именно таким способом.
- Ты обустроилась, - сказал Олег, проходя следом за мной к столу. - Собираешься оставаться тут?
Он задал этот вопрос, и я заподозрила неладное. Вдруг таким образом Денис пытался вызнать через Гончарова о моих планах? Хотя, нет… Я не должна была думать плохо об Олеге, ведь решила, что мы попробуем восстановить наши отношения.
Если уж так посудить, после открывшейся на свадьбе тайны я лишилась всех и вся. Кроме Ритки, разумеется, ну и тех подруг, которые не были в это посвящены. И разбрасываться людьми, которые сами желали быть рядом - это самое неправильное, что можно сделать в моей ситуации.
- Нет, не собираюсь. И в том числе об этом я и хотела с тобой поговорить.
Гончаров молча наблюдал за тем, как я раскладываю еду по тарелкам. Когда же устроилась напротив, он приподнял бровь.
- Я слушаю, - сказал он.