Эта дикая мысль промелькнула и засела в сознании опытного мага так прочно, что смогла пробиться даже сквозь заволокший разум мутный дурман. А потом Гончая все-таки сжалилась и отвернулась, оставив его скрипеть зубами, тяжело дышать и пережидать необъяснимый приступ острейшего желания. Благоразумно молчала все то время, пока он медленно истязал собственное тело, и лишь сочувственно поджимала губы.
Однако он справился. Страшно побледнел, осунулся, резко взмок, но все-таки справился с собой. И лишь после этого, наконец, сообразил, насколько опасно было просто смотреть в эти чистые радужки, как легко в них можно потерять свою сущность, раствориться без следа, исчезнуть безвозвратно и никогда не вернуться… он мысленно содрогнулся.
– Что это за магия? – с усилием выдавил Линнувиэль, когда пришел в себя.
– Моя магия, эльф, – сухо ответила Белка. – Теперь понимаешь, что я имею в виду? Знаешь, для чего стараюсь держаться от вас подальше?
– С этим… как-то можно бороться?
– Увы.
– А предотвратить?
– Если не смотреть прямо в глаза, все терпимо, – спокойно отозвалась она. – Прости, что мне пришлось ее использовать, но иного выхода мы не видели: ничто другое не способно было вернуть тебя к жизни. Только мой Зов, потому что он гораздо сильнее зова смерти, однако именно из-за него ты больше не сможешь меня ненавидеть.
Темный эльф прерывисто вздохнул и с силой растер ноющие виски, действительно ощущая, как уходят в небытие странные мысли и противоестественные желания. Кажется, ему не солгали: если не видеть этих странных глаз, жить становится немного легче. А ненависть… да, Белик прав: я больше НИКОГДА не смогу его ненавидеть.
– Прости, – неожиданно смягчилась Гончая. – Это сильнее меня. К несчастью, я почти не контролирую свою магию, а единственное, чем могу тебе помочь – просто не приближаться. Но ты ведь не захочешь этого? Верно?
Линнувиэль опустил плечи и безнадежно прикрыл глаза. Да, не захочу. Не смотря ни на что, все равно не захочу, потому что… Бездна, я схожу с ума!!
– Как такое стало возможным? – хрипло спросил он, страшась поднять взгляд и снова увидеть манящие голубые озера, в которых так хотелось утонуть.
– Это ты у Таррэна спроси. Я не слишком разбираюсь в ваших магических извращениях.
– Почему в наших? – непонимающе помотал головой эльф, тщетно пытаясь стряхнуть наваждение. – Это же чистая сила, преобразованная в один единственный узконаправленный луч. Правда, невероятно мощный. Мгновенный удар по разуму, причем такой силы, что его способен нанести только очень опытный маг. Владыка, например. Или Таррэн. А ты – человек…
– Нет.
– Что "нет"? – не понял Линнувиэль.
– Я – НЕ человек, – безразлично пояснила Гончая. – Причем, довольно давно. Но и не полукровка, как ты всегда считал. По крайней мере, не в том смысле, который вы вкладываете в это понятие. Да не ломай голову, просто поверь на слово, потому что на данном этапе я не собираюсь тебе ничего объяснять. Много знать – вредно. Я всего лишь хочу предостеречь от глупостей и помочь справиться с этим, чтобы Таррэну не пришлось потом прибегать к Пологу Забвения или, чего доброго, отрывать тебя от меня с мясом. Потому что, скорее всего, для тебя это закончится плачевно, а для меня – еще одним ненужным трупом. Я этого пока не хочу. Что же касается магии, то тут ты абсолютно прав: мои способности – это работа превосходного мага. Немолодого, но очень сильного. Одного из самых могучих среди твоего народа, хотя и не совсем вменяемого, иначе он не заставил бы вас сходить с ума от моего присутствия.
– Я не понимаю.
– А этого и не нужно. Самое главное ты уже понял и, слава богам, сможешь держать себя в руках, если что. Раз уж все так случилось, а ты отказался об этом забыть, хотя тебя ОЧЕНЬ просили, значит, терпи теперь и помалкивай о том, что увидел. Ясно? Не то я огорчусь и пожалею о своем решении.
Линнувиэль непонимающе поднял голову.
– Каком?
– Что сохранил тебе шкуру, – жестко ответила Белка.
– Зачем? Ты же не любишь Темных, – некстати напомнил Линнувиэль, искоса поглядывая на ее посуровевшее лицо.
– Ты прав.
– Тогда стоило ли? – невесело хмыкнул эльф. – Спасибо, конечно, но может, надо было оставить, как есть? С чего ты взял, что мне хотелось вернуться?
– С того, что ты все-таки откликнулся на Зов. Не смотря ни на что. А значит, есть еще в этом мире незавершенные дела, которые ты хотел бы закончить. И значит, у меня был шанс.
Хранитель тяжело вздохнул.
– Это Таррэн тебя попросил, да? Ты поэтому…
– Нет, – покачала головой Белка. – Он-то как раз не хотел рисковать – ни мной, ни тобой. И, если бы ты знал истинную причину, то, скорее всего, согласился бы с ним. Да только я, как видишь, не стал слушать.