213.
Ф. Ф. Вигель, Записки, т. 6, М., 1892, с. 17. Перевод французской революционной песни «Veillons au salut de l’Empire», написанной офицером Рейнской армии Адрианом-Симоном Буа (1791). Пелась на мотив романса Далейрака из комической оперы «Рено д’Аст» (мелодия — в кн.: А. Радиге, Французские музыканты эпохи Великой французской революции, М., 1934, с. 93). Было популярно в декабристской среде задолго до восстания и после него.214.
«Невский альманах на 1830 год», с. 283, под загл. «Песня». В песенниках — с 1830-х годов (НСРП, ч. 2) до 1868 г.215.
BE, 1821, № 14, с. 88. В песенниках — с 1830-х годов («Песенник для дамского ридикюля и туалета», М., 1831). Фольклоризованные варианты («Ехали солдаты со службы домой…», «Один из казаков, наездник лихой…») записывались неоднократно собирателями народной поэзии, вплоть до настоящего времени (см., напр., Чернышев, с. 51, 158; Соколовы, с. 496; Баранов, т. 2, с. 84; Русская баллада, № 331). См.и примеч. 668.216.
BE, 1821, № 15, с. 185, вместе со стихотворением С. Н. «Тоска души осиротелой…», под общим загл. «Две песни». В песенниках — с 1820-х годов («Эвтерпа», М., 1828) до 1916 г. О популярности см.: Трубицын, с. 262.217.
BE, 1822, № 9, с. 87, подпись: Птр Кдршв. В песенниках — с 1830-х годов (НСРП, ч. 1) до 1859 г.218–220. Печ. по изд.: Стихотворения. Статьи. Очерки. Докладные записки. Письма, М., 1956.
218.
«Русский инвалид», 1822, 17 января, с. 55. В песенниках — с конца XIX в. («Привет Москве», СПб., 1892). Вошло в лубок (Клепиков, с. 189). Песенный вариант см.Упоминается: К. Федин, «Необыкновенное лето».219.
PC, 1861, № 4, с. 42. В песенниках — с начала XX в. («Новейший сборник песен. Бродяга», М., 1911). Музыка Полонского.220.
ПЗ, 1825, с. 115. В песенниках — с 1830-х годов («Эвтерпа», М., 1831). Музыка Грачева. А. А.221–225. Печ. по изд.: А. А. Бестужев-Марлинский, Полное собрание стихотворений, «Б-ка поэта» (Б. с.), 1961.
221.
ПЗ, 1859, кн. 5, с. 9, в контаминации с другой песней («Ты скажи, говори…») и концовкой из двенадцати стихов, принадлежащих Пушкину («Как в ненастные дни…», эпиграф к 1-й гл. «Пиковой дамы»). Контаминация произошла в устном исполнении, до выхода в свет «Пиковой дамы», и удержалась в быту и позже. Запись напева — А. Глумов. Музыкальный мир Пушкина. М. — Л., 1950, с. 158. В списке, обнаруженном в бумагах Е. С. Ростопчиной, есть концовка, отсутствующая в остальных:(«Недра», кн. 6, М., 1925, с. 207).
222.
ПЗ, 1859, кн. 5, с. 10 (см. примеч. 221), без последних шести стихов (см. примеч. 221). Полностью — Полное собрание сочинений Рылеева, Лейпциг, 1861, с. 333. Более поздняя редакция — список Е. С. Ростопчиной («Недра», кн. 6, 1925, с. 208). В песне имеются в виду дворцовые перевороты 1762 г. (убийство Петра III) и 1801 г. (убийство Павла I). В списке Ростопчиной содержание приурочено к волнениям в Семеновском полку (1820) или даже, возможно, содержит намек на события 14 декабря 1825 г.