В домовой церкви особняка великой княгини Ольги Александровны и принца Петра Александровича была отслужена панихида по павшему в бою бывшему управляющему особняком их высочеств полковнику И.А. Абрезанцеву-Нечаеву. На богослужении присутствовал принц П.А. Ольденбургский. В тот же день панихида по Абрезанцеву-Нечаеву проходила в Преображенском всей Гвардии соборе. На ней также присутствовал принц Ольденбургский.
В 8 часов вечера в Концертном зале Тенишевского училища состоялось собрание членов общества для содействия обучению детей бедных евреев ремеслу «Честный труженик», для которых Михаил Андреевич Рейснер прочел платную публичную лекцию «Евреи, национальный вопрос и война». Лектор был не только отцом известной революционерки Ларисы Рейснер, но также ученым юристом и историком, преподавал в Петроградском университете.
В 8 часов вечера в Александровском зале Городской думы собрались члены «Общества русских писателей для помощи жертвам войны».
Температура воздуха в пределах от -2,3 до +5 градусов по Цельсию. Осадков не было. Погода резко переменилась с утра сильно и образовалась гололедица, дул сильный северо-восточный ветер.
Вдовствующая императрица была озабочена тем, что помимо внуков заболела также ее дочь Ксения Александровна.
Из письма императрицы Александры Федоровны государю: «Наш Друг желает, чтобы я разъезжала, а потому я должна подавить свою застенчивость (речь идет о разъездах по госпиталям. –
В 7 часов 30 минут вечера в доме № 3 по 6-й Роте Измайловского полка (ныне – 6-я Красноармейская) улице началось собрание «Петроградского клуба женской прогрессивной партии».
В 8 часов вечера в помещении «Собрания инженеров путей сообщения» (Бородинская ул., 6) начался доклад К.Н. Кашкина «Экономика изысканий железных дорог».
Эмилия Адамовна Рунзанова, проживавшая в доме № 19 по Клинскому проспекту, заявила в полиции, что она была послана хозяйкой, женой присяжного поверенного Валентиной Юрьевной Макухиной в казенный ломбард (наб. р. Фонтанки, № 84–86) заложить брильянтовые серьги. Исполнив поручение и получив деньги за серьги 550 рублей, Рунзанова вышла и направилась по набережной. Впереди нее шел мужчина, который подбросил ей пакет, и, подняв его, предложил поделиться содержимым. В это время подошел другой мужчина, заявил, что он утерял пакет с деньгами и попросил показать, что находится у нее в пакете. Неизвестный посмотрел наскоро ее пакет, вернул ей обратно, а затем оба незнакомца удалились. После их ухода Рунзанова обнаружила исчезновение своего пакета с 550 рублями, а вместо него ей был дан сверток, в котором лежала газетная бумага.
В церкви Святых Симеона и Анны происходило отпевание тела министра народного просвещения Л.А. Кассо. Гроб был окружен многочисленными венками, среди которых выделялись венок от великой княгини Марии Павловны и венок с надписью на ленте «гениальному министру от С.К.». В 10 часов утра началась божественная литургия, которую совершил преосвященный епископ Анастасий, ректор Петроградской духовной академии. На Моховой и Симеоновской (ныне – Белинского) улицах были построены шпалерами воспитанники и воспитанницы учебных заведений. На отпевании присутствовали председатель Совета министров И.Л. Горемыкин и все министры. После отпевания траурная процессия отправилась на Варшавский вокзал для отправления тела к месту погребения в Бессарабской губернии.
Температура воздуха в пределах от -4 до -1,4 градуса по Цельсию. Осадков не было. С утра стояла пасмурная погода, дул сильный северо-восточный ветер.
Императрица Мария Федоровна ездила навестить своего обер-гофмейстера, генерала от инфантерии князя Владимира Анатольевича Барятинского, который болел воспалением легких. Вдовствующая императрица записала в дневнике: «Когда я уходила, он сказал мне au revoir! Какое же это горе для всей его несчастной семьи!». Семья князя действительно станет несчастной. В 1920 году вдову князя Надежду Александровну вместе с беременной дочерью Ириной и зятем Сергеем Ивановичем Мальцевым большевики расстреляют в Крыму.
Из дневника великого князя Константина Константиновича: «…Почтенный Бор. Ил. Гладков, которого я очень уважаю, прислал мне рукопись своей драматической фантазии „Кто отвалил камень?“ которую просит посвятить мне. Это совсем слабое произведение. Пришлось сочинять послание, которым очень прошу не выпускать в свет этого сочинения и пускаюсь в разбор его».