Читаем Письма 1820-1835 годов полностью

Николай Васильевич Гоголь

ПИСЬМА 1820–1835 ГОДОВ

В. А. и М. И. ГОГОЛЯМ

<1820 г. Полтава.>

Дражайшие Родители


Папинька и Маминька.


Я весьма рад, что узнал о благополучном здравии вашем. Я поставил для себя первым долгом и первым удовольствием молить бога о сохранении безценаго для меня здравия вашего. Ваканции быстро приближаются. Я не успел еще оконьчить всего, следовательно нужно заняться ваканциями, чтобы поспеть с честью во второй клас. Учитель математики мне необходим.


Естли вы будете в Полтаву сами скоро, то я уверен, что всё устроете вся для моей пользы. Цалуя безценые ручки ваши


имею честь быть,


с сыновным моим к вам высокопочитанием


ваш послушный сын


Николай Гоголь Яновский.

Т. С. ГОГОЛЬ-ЯНОВСКОЙ

<1820 г. Полтава.>

Дражайшая Бабушка.


Извините меня в том, что долгое время не мог писать к вам, Дражайшая Бабушка. Покорно вас благодарю, что вы прислали гостинец мне. От всего сердца желаю вам благополучия и долголетней жизни, при чем остаюсь


Ваш покорный внук


Николай Яновский.


Пришлите мне, дражайшая бабушка, погребец; я куплю для него прибор. Обрадуйте Папиньку и Маминьку, что я успел в науках то, что в первом классе гимназии, и учитель мною доволен. Прошу поцеловать за меня Гапу и сестриц моих.

В. А. и М. И. ГОГОЛЯМ

<1820 г. Полтава.>

Почтеннейшие Родители,


Папинька и Маминька.


Благодаря родительскому вашему о мне попечению, я слава богу чувствую себя здоровым совершено. Настойку оставленую вами Папинька я продолжаю по данному наставлению.


В прошедшее воскресение я обедал у Ивана Алексеевича, на другой день видел Ивана Дмитриевича, возвращаясь из саду с Гаврилом Максимовичем Иван Дмитриевич показывал нам свой дом. К величайшему моему удовольствию узнал я от него, что вы слава богу живы и здоровы. Дай бог, чтобы безценное ваше для меня здоровье продолжалось вечно в самом цветущем состоянии.


Учение в Гимназии начнется чрез неделю а до того времени я слегка занимаюсь повторением.


С глубочайшим высокопочитанием и сыновнею преданостию


Имею честь быть


Любезнейшие Родители!


вашим покорнейшим и послушнейшим сыном


Ни<колай Гоголь Яновский>

В. А. и М. И. ГОГОЛЯМ

<10 июня 1821 г., Нежин>

Дражайшие Родители,


Папинька и Маминька


С величайшим удовольствием принимаюсь за перо чтоб писать к вам уже несколько времени собира<лся> искал удобной минуты, чтоб изъявить вам благодарность за ваше родительское о мне попечение.


Благодаря бога я здоров. И вам также желаю здоровья и благополучия. Платие [В подлиннике: Платье] нам будут шить после каникул но как во мне недостаток в платье то Егор Иванович заказал мне сделать летнее платие. За мною присылаите на каникулы 20-го июня.


С сыновним почтением и преданостью остаюсь навсегда вашим покорным слугою [сыном] и послушным сыном


Н. Г. Яновский


1821-го года


10 июня.


Нежин.


Федор Иванович Чекиев свидетельствует вам свое почтение.

В. А. и М. И. ГОГОЛЯМ

<13 августа 1821 г. Нежин.>

Дражайшие Родители


Папинька и Маминька


Осведомившись, что вы находитесь здоровы пишу к вам единствено для того чтоб благодарить вас за ваше Родительское ко мне расположение и просить [и благодарить] бога чтоб даровал вам совершеное здравие и спокойствие. Что касается до меня я славу богу здоров чого желая вам, остаюсь навсегда вашим послушнейшим сыном


и покорным слугою


Николай Гоголь-Яновский.


1821-го года


Августа 13 числа.


Нежин.

В. А. и М. И. ГОГОЛЯМ

<14 августа 1821 г. Нежин.>

Дражайшие Родители


Папинька и Маминька.


Весьма опечалился услыша что вы приедете еще в о<к>т<я>бре Месяце. Ах! как бы я желал естлиб вы приехали как можно поскорей и узнали б о участи своего сына. Прежде каникул писал я что мне здесь хорошо а теперь напротив того. О! естлибы Дражайшие родители приехали в нынешнем месяце тогда бы вы услышали что со мною делается. Мне после каникул сделалось так грустно что всякой божий день слезы рекой льются и сам не знаю от чего, а особливо когда спомню об вас то градом так и льются.


И те<пе>рь у меня грудь так болит что даже не могу много писать. Простите мне за мою дерзость но нужда всё заставит делать.


Прощайте дражайшие родители далее слезы мешают мне писать.


Не забудте также доброго моего Симона которой так старается обо мне что не прошло ни одной нощи чтобы он не увещевал меня не плакать об вас Дражайшие родители, и часто просиживал по целой ночи над мною уже его просил чтоб он пошол спать но никак не мог его принудить. Жалования ему не выдают и он принужден сам на нас всех готовить кушанье ибо другого повара нету был один и тот выпросился домой на два месяца. С величайшим почтением и преданостию честь имею быть вашим покорным сыном и послушным


Николай Гоголь-Яновский.


P. S. Учеников же еще о сю пор и половины нету.


1821 года


Августа 14-го.


Нежин.

В. А. и М. И. ГОГОЛЯМ

<26 августа 1821 г. Нежин.>

Перейти на страницу:

Похожие книги

Хрупкие жизни. Истории кардиохирурга о профессии, где нет места сомнениям и страху
Хрупкие жизни. Истории кардиохирурга о профессии, где нет места сомнениям и страху

«Операция прошла успешно», – произносит с экрана утомленный, но довольный собой хирург, и зритель удовлетворенно выключает телевизор. Но мало кто знает, что в реальной жизни самое сложное зачастую только начинается. Отчего умирают пациенты кардиохирурга? Оттого, что его рука дрогнула во время операции? Из-за банальной ошибки? Да, бывает и такое. Но чаще всего причина в том, что человек изначально был слишком болен и помочь ему могло лишь чудо. И порой чудеса все же случаются – благодаря упорству и решительности талантливого доктора.С искренней признательностью и уважением Стивен Уэстаби пишет о людях, которые двигают кардиохирургию вперед: о коллегах-хирургах и о других членах операционных бригад, об инженерах-изобретателях и о производителях медицинской аппаратуры.С огромным сочувствием и любовью автор рассказывает о людях, которые вверяют врачу свое сердце. «Хрупкие жизни» не просто история талантливого хирурга – прежде всего это истории его пациентов, за которыми следишь с неослабевающим вниманием, переживая, если чуда не случилось, и радуясь, когда человек вопреки всем прогнозам возвращается к жизни.

Стивен Уэстаби

Документальная литература / Проза / Проза прочее
Непарадный Петербург в очерках дореволюционных писателей
Непарадный Петербург в очерках дореволюционных писателей

Этот сборник является своего рода иллюстрацией к очерку «География зла» из книги-исследования «Повседневная жизнь Петербургской сыскной полиции». Книгу написали три известных автора исторических детективов Николай Свечин, Валерий Введенский и Иван Погонин. Ее рамки не позволяли изобразить столичное «дно» в подробностях. И у читателей возник дефицит ощущений, как же тогда жили и выживали парии блестящего Петербурга… По счастью, остались зарисовки с натуры, талантливые и достоверные. Их сделали в свое время Н.Животов, Н.Свешников, Н.Карабчевский, А.Бахтиаров и Вс. Крестовский. Предлагаем вашему вниманию эти забытые тексты. Карабчевский – знаменитый адвокат, Свешников – не менее знаменитый пьяница и вор. Всеволод Крестовский до сих пор не нуждается в представлениях. Остальные – журналисты и бытописатели. Прочитав их зарисовки, вы станете лучше понимать реалии тогдашних сыщиков и тогдашних мазуриков…

Валерий Владимирович Введенский , Иван Погонин , Николай Свечин , сборник

Документальная литература / Документальное