— Не, я лучше тогда в аварии сдохну, — отказался я, и, кое-как выбравшись из машины, залез в нее снова за кейсом.
— Куда поволок?!
— Мне для дела. — Буркнул я, закрывая дверь.
С ним и пошел, оглядываясь по сторонам. Какой тут лес — скорее, парк среди жилого массива. Вон и табличка дома видна.
Закинув кейс в приметный куст — так, чтобы с дороги не было видно — достал телефон и нажал вызов по последнему номеру.
— Петр, как вы там, доезжаете?.. Пробка?.. Смотри, какое дело. Две новости, хорошая и очень хорошая. Деньги я не нашел, но отдам спецкейсом. Три цены от моего долга, соглашайся. Заодно книгу в нее положишь, уж больно нехорошая у нее карма. Идет?… Где взял — там уже нет. Все легально, мне с твоим боссом резона ссориться нет… Тогда запоминай ориентиры…
Я назвал улицу, и дом рядом, и Петю еще раз дебилом, потому что это не подстава с закладкой и наркотой — идиотом надо быть, чтобы тратить на это спецкейс. Сошлись на том, что действительно — неразумно так действовать.
Ну а книгу свою пусть забирает на кладбище, где изначально уговорено. Есть там ухоронка рядом с приметным шатром… Почему шатер — да демоны его знает!.. На этом все — я нажал отбой и привалился к ближайшему дереву — ноги еле держат.
Действовал я с холодной головой. Есть такая крайне мерзкая вещь — оккультная банда, сращенная с правоохранительными органами. А то, что в руках Павла Александровича рано или поздно окажется именно банда — я не сомневался. Это сейчас он Бездну ненавидит и, вроде как, собирается с ней бороться. Вот как поймет всю выгоду… Хватало исторических примеров. Так что пусть Павел Саныч для начала увидит своего врага вживую — а те не дадут ему заскучать и задуматься о легких деньгах.
Вновь телефон — вновь вызов по одному из номеров в памяти устройства.
— Танечка, как ты там?.. В пробке?.. Я что вспомнил, ты исполнителям хоть рассказала, как спецкейс выглядит? А то заломают какого-нибудь паренька с комплектом белья в чемодане… Значит, правильно звоню — расскажи им. Он, как бы, не обязательно у меня в руках будет — охранники носят… Да, я не хочу получить по лицу, поэтому настоял, чтобы носили охранники. Это что-то меняет?.. Ну вот и отлично. До встречи, будущая соседка.
Пусть Ковену тоже станет не скучно. Телефон — выключить, батарею — вытащить, симку — сломать.
Обломки, пройдясь вдоль кромки парка, раскидал по кустам — корзин тут нет, пришлось намусорить.
— Не отморозил там себе ничего? — Спросила шеф, стоило сесть в теплую машину — вперед, на пассажирское.
— Передумал. Дотерплю.
— А кейс где?
— Заберут. Не ехать же с ним в больницу?
Подполковник неопределенно хмыкнула, и машина плавно двинулась с места.
— Миша, вот скажи. Тебе водителя Форда не жалко было? — Кольнула она болезненным вопросом.
— Я-то причем? Он гнал, как сумасшедший.
— Ну-ну…
— Документы ему передадите? — Достал я стопку собранного по карманам сержанта, открыл бардачок перед собой и ссыпал все туда.
— Ты что делаешь?! — Возмутилась шеф моим поведением.
— Сохранил от мародеров. Помните, как со мной в метро обошлись? Я, если что, ни рубля не забрал.
— Попрошу проверить на сотрясение, — почти беззвучно произнесла Анна Викторовна, до побеления фаланг пальцев сжав руль.
— Возможно оно есть, — покладисто согласился я. — Но вообще — я хороший.
Та не стала спорить. Пока принимали-оформляли прием — тоже не спорила. А вот когда вышел из кабинета МРТ и вышел в больничный коридор, молча сунула под нос свой сотовый с видеозаписью.
Записывали с рук, картинка слегка дрожала. Судя по антуражу — происходило все на кладбище. В центре картинки горел черным, дымным пламенем шатер — что-то пластиковое занялось внутри и теперь выгорало. Справа, накренившись, зарылся в землю остов выгоревшего ЗИЛа. Ветви деревьев, прикрывавших могилы от солнечного света, тлели, погружая происходящее в дымное марево. Камера повернулась — несколько тел лежали на дорожках. Возле дальней ограды валялся перекореженный, раскрытый кейс — пустой, разумеется.
— Рапорт. Чтобы рапорт о том, как этот кейс оказался на кладбище, завтра был у меня на столе. — Лязгнула Анна Викторовна и быстрым шагом покинула меня.
Я же поискал пачку сигарет в кармане — еще в гардеробе переложил их из куртки, подошел к окну, приоткрыл до небольшой щелочки, достал сигарету, спички и закурил, глядя на огромный город, который даже не заметит этого происшествия.
А когда Анна Викторовна вместо рапорта прочтет пространную заметку о том, было ли в разбитом кейсе содержимое, и кто именно будет решать — было или нет — в зависимости от их хорошего поведения, то отдельно взятый полковник наверняка предпочтет не заметить в произошедшем участие отдельно взятого студента.
Эпилог
Гул железнодорожного вокзала собирался из быстрых шагов, поторапливающих возгласов и размазанного пространством эхо женского голоса в хрипящих оповещателях на столбах: «Поезд на Челябинск отбывает с третьего пути…».