Пели они, честно говоря, так себе — вшестером на один голос. Пели и свои песни и чужие — так, невероятным образом в маршевом ритме была спета прекраснейшая по мелодике песня И. Волкова «Разбросала косы русые береза». Не в этом дело. В конце концов, у каждого свои вкусы. Просто не понимаю я анастасийских бардов. К настоящей авторской песне никакого отношения они не имеют. Поют про природу, птичек, травы… На природе надо жить. А петь о ней, заглушая ее же — смешно.
И вот здесь я увидел чудо. После того как закончилось их выступление, один из пареньков начал было приглашать присоединиться к «Каравану любви». И тут почему-то отключился микрофон. Звукооператоры побежали разбираться с проводами. И после пламенной, но к счастью, никому не слышной речи, микрофоны включились снова.[27]
Вечером случилось еще одно чудо.
Во всеуслышание заявив о своей «гармоничной связи с природой» они пообещали «нашаманить» солнечную погоду на все три дня. В субботу вечером ровно в 21.30 на фестивальной поляне начался ураган страшной силы. Небеса разверзлись. Палатки срывало только так. Первый раз в своей жизни, несмотря на богатый туристский опыт юности, видел как костры летают. И «Солнечных бардов» как ветром сдуло.
Героический Андрей Козловский продержался три песни. Пока не отказала аппаратура. Зато ночью жизнерадостные голоса анастасийцев снова зазвучали с главной сцены. Сразу, после того как успокоилась погода.
Плохие, однако, шаманы. Неумелые. В древнем племени без еды остались бы. В прошлом году, например, безо всяких колдунов погода все три дня фестиваля была преотличная.[28]
Кто-то скажет — на Грушинском фестивале тоже кришнаиты сидят, целым лагерем. Прасад свой раздают в ресторане «Говинда»,[29]
никого не трогают, пляшут сами по себе, хари свои поют. Их тоже никто не трогает. НО! На грушинском фестивале кришнаитов не выпускают на главную сцену по несколько раз в день и призами не одаривают.Кстати, о бардах.
Когда-то я сам занимался самодеятельной или авторской песней. Сейчас ее любят называть бардовской песней. Даже песни писал и был лауреатом и дипломантом всяких-разных фестивалей. На моем компьютере три с лишним гигабайта авторских песен — Юрий Визбор, Игорь Михалев, Булат Окуджава, Александр Дольский, Михаил Анчаров и т. д. Закончил я свою авторскую карьеру после того как понял, что особого таланта писать песни и исполнять их под гитару, у меня нет. Дома, в компании друзей еще можно. А со сцены — здоровая самокритичность мешает и природная лень.
Как психолог, я занимался этим феноменом и узнал, что практически все молодые люди проходят через это увлечение гитарой. Большинство становятся любителями, берущими гитару раз в год. Единицы становятся талантливыми авторами. Те же, кто кочуют с фестиваля на фестиваль, не имея ни какого другого жизненного занятия — формируют такую серую алкоголическую массу «бардов». Бардов с банальными образами — «Как здорово, что идет дождь!», «Жаль, что ты ушла!», «Ничего, что я объелся манной каши», шаблонной мелодикой — Am-Dm-E7, примитивными рифмами — «Любовь — Кровь, Розы — Морозы, Россия — Анастасия».
Эти барды пытаются выглядеть непонятыми широкой публикой, вкладывают псведофилософию в свои велеречивые песни и в тайне мечтают о всемирном, всероссийском или хотя бы микрорайонном признании. Хотя поклонники у них есть — старые друзья и сентиментальные девицы. Но их так мало…
Вот к таким бардам обращается и Анастасия, рассказав красивую сказку о кельтах и легионерах Рима.
Именно для таких бардов она скажет:
Я уже слышал. Поверьте, только зря потерял время. Очень похоже на протестантские подпрыгивания под гитару. Те же «халиллуи», только псевдорусские. Теперь, по замыслу Пузакова, всякий, кто играет на гитаре и распевает вирши собственного сочинения, должен восхвалить Анастасию, выведшую такую древнюю генеалогию самодеятельных певцов. И, кстати сказать, задумка удалась. Уже опубликована в первой книге подборка чудовищных стишат, посвященных «Анастасиюшке». Говорят, что вышел и целый том.
Вот одни из самых выдающихся перлов: