Чего? Звонок? Я убрала телефон во внутренний карман куртки и осмотрела стены. Точно, кнопка чуть выше уровня глаз… Старенькая такая, квадратиком. Ну пардон, мне как-то в голову не пришло вместо домофона искать звонок.
Дверь загремела изнутри и медленно открылась. Я, как порядочная, ждала приглашения войти, но услышала только удаляющиеся шаркающие шаги по лестнице. Гостеприимно, ничего не скажешь.
Осторожно вошла внутрь, прикрыла за собой дверь. Миленько тут… Тёмно-зелёные старомодно крашеные до середины сте
ны, удивительно чистые — таких подъездов я с детства не видела. Свет падает с этажа выше, и явно от лампочки Ильича, а не какой-нибудь светодиодной энергосберегающей… Вообщем, атмосферненько. Валить отсюда надо по-хорошему бы, оплата по договорённости с таким работодателем — сомнительный плюс бюджету…Но я поспешила вслед за почти стихшими шагами — отказаться всегда успею.
На первом этаже дверей не было, сплошные глухие стены. Поднялась выше. Интуитивно толкнула филёнчатую дверь так называемой квартиры прямо — не ошиблась. Да другие и заперты давно, это как-то бросается в глаза…
В нос ударил запах, едва ощутимый ещё в подъезде… Не неприятный, просто необычный. Даже интересный. Не знаю, на что похожий, но сразу стало понятно, что это пахнут газеты…
Либо здесь делали перепланировку, либо первый этаж изначально предполагался не под жилые помещения — слишком длинный коридор влево, везде одинаковые закрытые двери вместо кухни, туалета и ванны. Только из открытого проёма в нескольких метрах в этот коридор падает свет…
Свернула туда. Нерешительно замялась на пороге огромной комнаты площадью с хорошую двушку…
На полу — допотопный потёртый паркет, маленькие занавешенные бордовыми шторками окна, вдоль стен шкафы и стеллажи высотой в потолок, рядом с ними свалены кипы перевязанных шпагатом и просто разбросанных газет, большой массивный стол почти по центру, за которым лицом ко входу сидит человек…
Мужчина тоже своеобразный, если не сказать больше — огромный, возрастом явно за шестьдесят, спина прямая как линейка, даже выпирающий живот совсем не портит картину, абсолютно седые зачёсанные назад волосы и серый свитер с оленями…
Не принц одним словом. Тяжело вздохнула.
=3=
— Ну проходите, не топчитесь на пороге. Давайте, что там у Вас… — мужчина даже не повернул взгляд от вполне обычного современного компьютера, стоящего на столе, в мою сторону.
В каком смысле?! Чего давать? Я растерянно пробормотала:
— Я насчёт работы…
— Угу. Я понял. Статью давайте, — в голосе явная тоска и скука.
Я начала злиться.
— В объявлении ничего не сказано про то, что уборщица должна принести статью…
Мужчина, ибо дедушкой его я даже мысленно назвать не могла, наконец перевёл иронично-недоверчивый взгляд на меня:
— Так Вы уборщица?!. Хмм… Ну тогда можете приступать, — он неопределённо махнул рукой и снова уставился в экран.
Я хлопнула глазами.
— Может, Вы мне расскажете, что будет входить в мои обязанности и какую зарплату обещаете?!.
Странная вообще тишина вокруг, словно весь мир замер на последние пять минут…
Мужчина вскинул брови:
— А чего ж тут рассказывать? Раз уборщица — убирать надо, если репортёр — бежать искать события и создавать сенсации, коли журналист — срочно писать вразумительную грамотную статью на два оборота… Впрочем, Вам это не интересно…
Его тяжёлый протяжный вздох ненадолго повис в воздухе, и снова наступила тишина.
Вот так сразу приступить к работе?! Я как-то по-другому представляла себе сегодняшний диалог… Но не отказывать же…
— Эмм… А что делать-то? — я робко улыбнулась.
Он оторвал глаза от экрана и скептически посмотрел на меня исподлобья.
— Ну давайте я покажу, коль не шутите…
Его зычный голос эхом прокатился по комнате. Он поднялся из-за стола, и я с удивлением задрала голову — в нём метра два росту…
И ходит с видом короля, добровольно сложившего корону…
— Вот тут у нас куча старых газет, видите? — мужчина встал рядом с самой неряшливой кипой, полурассыпавшейся на полу, и взял в руки пару штук. — Их надо перебрать, отсортировать по годам, потом разложить по номерам вот в эти папки. Папки подписать… Если, конечно, у Вас достаточно красивый почерк — не люблю нечитаемые закорючки… Справитесь?
Пожала плечами и кивнула. Чего ж тут не справиться-то? Я за девчонками в конторе постоянно договора разгребаю и раскладываю, чтоб не путались. Ерунда.
Села на корточки и принялась за дело.
Странно всё-таки… Я вообще-то полы собиралась мыть. Хотя, полагаю, мыть их мне тоже придётся. Да и сама шарага уж очень необычная… Но мне выбирать не приходится — работа мне нужна именно на вечер. И не так тут и плохо, как показалось вначале. Если, конечно, этот товарищ не маньяк какой-нибудь…
Газеты пахли очень специфически. Неудивительно — выпуски восьмидесятых годов… Просто поразительно, что они не превратились в труху до сих пор, лишь пожелтели и стали словно невесомыми и полупрозрачными…