Ральф явился в офис, не пожелал выслушать ее предложения, растоптал ее инициативу, чуть ли не оскорбил ее, унизил, и вообще… Погодите-ка, разве он не является приятелем ее брата? Почему же тогда он повел себя столь неподобающим образом? Разве она является для Лэнгдона конкурентом? Если бы это было так, у него был бы хотя бы какой-то повод для столь неджентльменского поведения. Может, он просто невзлюбил ее с первого взгляда? Бренда не знала, какую еще версию можно придумать в данной ситуации. Ведь она не давала Лэнгдону ни малейшего повода для насмешек и пренебрежения. Она ничем не обижала его – напротив, готова была принять с распростертыми объятиями в качестве потенциального заказчика.
Его не устроило качество ее работ? Уровень таланта ее сотрудников? Ее способ ведения дел? Ральф посчитал, что для его рекламных потребностей она не сможет придумать ничего оригинального, креативного? Обо всем этом можно было сказать иначе – другим, спокойным тоном, сдержанно и коротко, не подавляя ее, не унижая. Он мог просто выслушать ее… да даже и не выслушивая, сообщить, что не заинтересован в сотрудничестве, распрощаться и уйти. Но почему-то Ральф Лэнгдон предпочел вести себя вызывающе, спорно и ничуть не конструктивно. Зачем?… Это оставалось загадкой для Бренды.
Впрочем, была, конечно, неплохая возможность разобраться в проблеме, прояснить все тонкости и нюансы данной ситуации. Хотя бы для того, чтобы успокоить собственную совесть… Нет, не совесть – чувство самоуважения.
Неважно. Она просто может поговорить с Брентом. Наверняка Брент не откажется выяснить у Ральфа, что же все-таки произошло сегодня в «Brenda's Brands». А может, Ральф и сам поделится с приятелем впечатлениями от недавнего события?
Но внезапно Бренда поняла, что не хочет рассказывать о подробностях сегодняшних переговоров кому бы то ни было. Даже Бренту, который в каком-то смысле явился инициатором этих переговоров. Особенно Бренту. И не дай бог, дойдет до отца сообщение о фиаско, которое потерпела его дочь! Надо признаться, потерпела на ровном месте.
У Бренды от стыда горели уши, на щеках и скулах выступили красные пятна. Она была счастлива, что в данную минуту ее не видит никто из подчиненных или родственников.
Она не сумела справиться с ситуацией. Не смогла должным образом постоять за себя. Не убедила Ральфа Лэнгдона в том, что является достаточно компетентной для выполнения его заказа, для осуществления его претенциозного замысла.
Н-да… Что ж, это могло означать для нее только одно – нужно, не прибегая к связям Брента, к авторитету отца, никому не жалуясь на Ральфа, реабилитироваться в собственных глазах. Необходимо достойным образом выйти из этой щекотливой ситуации, и выйти победительницей, а не побежденной.
Бренда поднялась из-за переговорного стола, вернулась за рабочий стол, рухнула в кожаное кресло. Позвонила Гленн, чтобы та унесла напитки.
Гленн мгновенно появилась в дверях кабинета с большим подносом.
– Сделай мне кофе, пожалуйста, – попросила Бренда.
– Хорошо. Сию минуту сделаю. Какой хотите кофе?
Бренда на секунду задумалась.
– А знаешь, лучше пошли кого-нибудь в «Старбакс». Я хочу карамельный латте. Двойной… да, лучше двойной.
– Хорошо, я сейчас пошлю курьера, он как раз вернулся… А обед? Уже время обеда. Вы будете сегодня обедать в офисе? Заказать ланч?
– Нет, – рассеянно сказала Бренда. Ее пальцы бегали по клавиатуре компьютера.
Гленн тихонько вздохнула и вышла из кабинета, прихватив с собой все кофейные чашки, бутылки с минеральной водой, почти опустевшую вазочку из-под печенья.
Впрочем, Бренда вскоре одумалась. Она вовсе не собиралась работать на износ, лишив себя при этом самого необходимого – пищи, сна, свежего воздуха. Она вновь позвонила Гленн:
– Я все-таки буду обедать. Закажи, пожалуйста, для меня зеленый салат с миндалем и рукколой, хорошо прожаренный бифштекс с молодым отварным картофелем.
– Сделаю.
– И еще, Гленн, я сегодня уйду пораньше.
– Ясно.
– Запиши меня на пять часов вечера на сегодня в мой спа-салон. Процедуры – массаж горячими камнями, маникюр, педикюр, маска и горячая термальная ванна.
– Сейчас же позвоню и запишу вас туда. Что-нибудь еще?
– Да, Гленн. Ты можешь сказать остальным сотрудникам, что переговоры прошли вполне приемлемо.
– Это замечательно, – с энтузиазмом сказала Гленн, в ее голосе слышалась неподдельная радость.
– И что где-нибудь через неделю, самое позднее – через две, мы начнем разработку нового проекта для компании Лэнгдона.
– О!… – восхищенно выдохнула Гленн.