Читаем По силе демона (СИ) полностью

По силе демона (СИ)

А то, что друг был далеко не так прост, каким пытался казаться - это ведь не преступление. Разве стоит из-за этого переживать? В конечном итоге у любого человека есть какая-то тайна. Вопрос лишь в том - только ли у человека?  

Unknown

Прочее / Фанфик / Прочие любовные романы / Романы18+

========== Глава 1. Кто же твой друг? ==========

Июль в этом году выдался особенно жаркий и душный. Настолько, что положение жителей Литтл Уингинга, страдающих от такой, несомненно, аномальной погоды, не спасали ни распахнутые настежь в их домах окна, ни даже включаемые на полную мощность кондиционеры. Так что недовольство, охватившее этот небольшой городок в рекордно короткие сроки, было вполне объяснимо — подобные обстоятельства по очевидным причинам никого не устраивали. И хотя метеорологи каждый день чуть ли не клятвенно заверяли, что, мол, такая погода не продержится долго, все факты говорили ровно об обратном.

Впрочем, одного не совсем обычного мальчишку, развалившегося прямо на корнях под большим цветущим зеленым дубом, вопросы погоды в данный момент интересовали меньше всего — могучее дерево, расположенное на небольшой игровой площадке в самом конце Тисовой улицы, предоставляло своему юному гостю весьма надежное убежище от столь назойливого палящего солнца. Однако, даже несмотря на это, мальчик все еще был чем-то обеспокоен.

Это был худой, черноволосый, лет десяти от роду парнишка в очках, чуть болезненный и угловатый на вид. Рваные и грязные джинсы, мешковатая и выцветшая футболка, порванные в нескольких местах кроссовки… да, внешность Гарри Поттера совсем его не красила в глазах соседей. Однако справедливо будет заметить, что их мнение мальчишку нисколечко не волновало. Гарри уже давно привык и к косым взглядам, и к брезгливому к себе отношению со стороны своей единственной родни, и к полному отсутствию друзей, к чему, кстати, приложил, а также до сих пор старательно прикладывал, свою руку его кузен по имени Дадли.

“Почти полному отсутствию”, — мысленно поправил сам себя Гарри и оказался совершенно прав — не так давно у него действительно появился новый друг. Самый настоящий. Правда, об этом радостном событии Гарри никому так до сих пор и не рассказал, решив держать личность друга в секрете, втайне опасаясь, что об этом каким-то образом сумеет прознать Дадли. А уж если тот действительно прознает, то можно не сомневаться — новый друг мальчика снова станет бывшим.

Никто не хотел связываться с Дадли и его бандой, если эту шайку хулиганов вообще можно было так назвать, а потому все новые друзья Гарри после получения угроз от его кузена ожидаемо выбирали вариант не лезть на рожон и не проверять их правдивость на собственной шкуре. Джордан же — тот самый новый друг Гарри — о Дадли и его, несомненно, героических похождениях был ни сном, ни духом. А разве не это было самое главное? Гарри тоже так думал, а потому совсем не спешил посвящать своего веселого рыжеволосого приятеля в тайну не совсем благородных намерений своего “любимого” кузена.

— Чего грустим? — услышал вдруг Гарри совсем рядом знакомый голос и поспешил занять сидячее положение.

В его же сторону, задорно улыбаясь, бодро шагал Джордан, по непонятной лично для Гарри причине прикрывая свою голову от солнца именно свежим выпуском “Уингинг Таймс”.

— А, это я так, даты сверял, — усмехнулся Джордан, заметив немой вопрос в глазах своего друга.

Однако ясности от этих слов не прибавилось.

— Во времени потерялся что ли? — пошутил Гарри, опираясь спиной на могучий ствол дерева.

— Не то чтобы прямо потерялся… — загадочно улыбнулся Джордан, занимая место рядом с Гарри и бросая газету у своих ног. — Но да это не так важно. Ты мне лучше вот что расскажи — по какой такой причине тебя не оказалось на нашем обычном месте встречи, м-м?

Гарри сделал вид, будто его сильно заинтересовала газета, принесенная Джорданом.

— Я просто… забыл, — быстро соврал он, стараясь при этом не поднимать на Джордана глаза.

— Не умеешь ты лгать, дружище, — усмехнулся в свою очередь рыжик, от чьего внимания не укрылось беспокойство, охватившее его собеседника при этих словах. — Ну же, что стряслось-то? — поинтересовался он уже чуть более серьезным тоном.

Гарри с ответом не спешил, пытаясь как можно скорее подобрать в своей голове хоть один дельный вариант ухода от этой темы, а потому молчание несколько затянулось.

— Я… я не хотел… — замялся Гарри, так и не придумав в итоге достаточно правдоподобного объяснения своему поступку.

— Не хотел? — удивленно вскинул брови Джордан, явно не такого ожидая ответа. — Не хотел чего?

— Не хотел втягивать в это тебя… — признался Гарри, удивив своего приятеля еще сильнее.

— У тебя какие-то проблемы? — нахмурился Джордан, скрестив в ожидании объяснений на груди руки.

Гарри ограничился лишь согласным кивком, все еще с преувеличенным интересом рассматривая первую полосу “Уингинг Таймс”. Ничего любопытного там, ясное дело, не печатали, но для мальчика то было не столь важно — просто смотреть своему другу прямо в глаза Гарри пока что не был готов, хоть и сам не понимал, почему именно. Джордан же, поняв, что самостоятельно Гарри говорить не станет, принял решение вытащить из него правду при помощи парочки дополнительных вопросов.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Искусство кройки и житья. История искусства в газете, 1994–2019
Искусство кройки и житья. История искусства в газете, 1994–2019

Что будет, если академический искусствовед в начале 1990‐х годов волей судьбы попадет на фабрику новостей? Собранные в этой книге статьи известного художественного критика и доцента Европейского университета в Санкт-Петербурге Киры Долининой печатались газетой и журналами Издательского дома «Коммерсантъ» с 1993‐го по 2020 год. Казалось бы, рожденные информационными поводами эти тексты должны были исчезать вместе с ними, но по прошествии времени они собрались в своего рода миниучебник по истории искусства, где все великие на месте и о них не только сказано все самое важное, но и простым языком объяснены серьезные искусствоведческие проблемы. Спектр героев обширен – от Рембрандта до Дега, от Мане до Кабакова, от Умберто Эко до Мамышева-Монро, от Ахматовой до Бродского. Все это собралось в некую, следуя определению великого историка Карло Гинзбурга, «микроисторию» искусства, с которой переплелись история музеев, уличное искусство, женщины-художники, всеми забытые маргиналы и, конечно, некрологи.

Кира Владимировна Долинина , Кира Долинина

Искусство и Дизайн / Прочее / Культура и искусство