Голубая чашка в руках нагрелась, и Аля поставила её на стол. Сегодня она вымоет весь фарфор и опять уберёт его за стекло. А завтра… завтра будет видно, чем она займётся. Может, завтра она встретит новую, настоящую любовь и забудет тихую боль?
Ночью Аля увидела странный сон. Окно в её комнате распахнулось, и из темноты возник ангел. От его облика исходило сияние, и Аля почувствовала необычайный трепет. Прежние её представления об ангелах складывались из рисунков, открыток и картинок в разных журналах. Чаще всего она видела там очаровательных детей с крылышками, голубоглазых и золотоволосых. Но тот, кого она увидела в проёме окна, совершенно не походил на эти милые рисунки.
Ангел шагнул в комнату, и его свет заполнил всё пространство. Аля зажмурилась, но свет проникал даже через закрытые глаза. Тогда она почувствовала, что не сможет выносить ослепительное сияние, если не поклонится высшему существу, пришедшему к ней из неизвестной дали. Почти ничего не различая, Аля опустилась на пол и склонилась в восторженном ужасе. Чувство могло оказаться и чистым восторгом, если бы не страх перед тем грандиозным, чего Аля боялась и не понимала.
Через мгновение сияние немного утихло, и она смогла поднять лицо. Удивительно, но она почувствовала, как легко вдруг стало дышать. Так легко дышится летом, после грозы, когда в воздухе плывёт озон.
Но что хотел от неё ангел? И Аля вспомнила, что перед сном она сама позвала его, когда повторила по просьбе бабушки слова:
— Ангел Божий, хранитель мой Святой, на соблюдение мне от Бога с небес данный! Прилежно молю тебя: ты мне день просвети, и от всякого зла сохрани, ко благому делу наставь, и на путь спасения направь. Аминь.
Ангелина Ивановна давно вздыхала, глядя на внучку, но молчала. Не осуждала и не пыталась советовать. Аля испытывала перед бабушкой небольшую вину, и поэтому согласилась позвать ангела-хранителя, который бы во всём ей помог и успокоил. Так уверяла бабушка, но Аля, разумеется, ни во что не верила.
И вот, ангел стоит перед ней, молчит и смотрит в сторону. Аля решилась проследить за его взглядом, и с удивлением увидела, что светлый ангел глядит на стол, где так и остались стоять разноцветные чашки. Не зная зачем, во сне Аля протянула руку к чашкам, и вдруг они стали лопаться и раскалываться на части. За одно мгновение весь стол покрылся осколками, и лишь одна голубая чашка осталась невредима. Але захотелось закричать, но она не смогла проронить ни звука. И ещё, ей отчего-то стало горько и стыдно. Она прошептала губами беззвучное слово и проснулась.
В темноте Аля сидела на кровати и дрожала. Сон словно остался в комнате, а когда она встала и включила свет, то в страхе зажала рукой рот. Голубая чашка в белый горошек стояла на столе в окружении битого фарфора.
Нет, этого не могло быть! Ангел?! Нет, невозможно! Объяснение может быть только одно: она сама ночью встала и в припадке лунатизма, о котором прежде не подозревала, перебила посуду. Но зачем? А разве лунатики отдают отчёт в своих действиях?
Паника и недоумение смешались внутри, Аля лихорадочно искала объяснение тому, что случилось. До самого утра она пыталась успокоиться. Поверить в сон она не могла, но и забыть его, не видеть перед мысленным взором взрывающийся фарфор у неё тоже не получалось.
Утром она позвонила Паше:
— Здравствуй. Я… не знаю, что сказать. Мне плохо без тебя. Ты по-прежнему хочешь, чтобы у нас родился сын?