— Мы пришли с миром! — Стоило Анисье остановить Окрошку, Огнеслав соскочил на пульсирующую от магии землю и двинулся к Ирвингу. — А вы уничтожаете моих сородичей!
— Это древний договор: морянки охраняют Заречье от незваных гостей.
Мышца на скуле Огнеслава дрогнула, выдавая досаду и раздражение. Ирвинг и сам был Огненным — и прекрасно понимал, каких усилий стоило скрыть подобные чувства. Огнеслав оказался моложе, яростнее, злее, но Ирвинг не ожидал от него одной лишь пустой агрессии. Верилось, что этот человек искренне желает договориться. А еще боится чего-то. Боится так сильно, что этого не скрыть ни за таинственным прищуром глаз, ни под маской уверенности. В эту секунду ему и впрямь было чего бояться. За рекой ждали его сторонники, и они могли погибнуть, рискнув перескочить преграду; потусторонние уничтожали природу — то, что лежало в основе его силы, в основе его существа; и теперь он оказался в стане врага в одиночестве. Пожалуй, врага он боялся меньше всего. Или вовсе не считал Светлых врагами, что вселяло в Ирвинга надежду.
— Говоришь, вы пришли с миром… так зачем же вторглись в Заречье? Ты прекрасно знаешь, что на эту землю чужие ступать не должны.
— У реки десять человек. Было. — Анисья спланировала над головой Ирвинга и злобно глянула на человека, который стоял перед ним. Мгновение, и она взмыла над холмом. — Двое здесь, еще двое погибли. Но шестеро еще там.
Огнеслав бросил на всадницу суровый взгляд. Совсем девчонка. Но когда она зависла над рекой, и скомандовала: "Все прочь. Только он!" — и протянула ему руку, никто не посмел ослушаться. Даже Геша отступила. Сбивало с толку и то, что за предводителем Светлых виднелась огромная толпа босоногих ребят в одних рубахах. Взрослых было совсем немного, и это настораживало. Да и что здесь делал сам Ирвинг? Голова кружилась от нестерпимо-приторного запаха: его источали желтые цветы, заполонившие все вокруг. В ушах гудело, вены тяжелели от напряжения.
— Я ждал одного тебя с проводником. Ты же привел своих людей.
— Это не вторжение! Мы хотим только разговора, от которого вы постоянно сбегаете. Теперь сторонники ждут моего возвращения.
— Ложь! — крикнул старший Муромец. — Только что вы напали на наш город! Если бы вы были настроены мирно…
— Мы не нападали! Наш совет не принимал такого решения, я не давал такого приказа, — возразил Огнеслав, не позволяя себя одурачить.
— Значит, совет действует без твоего ведома. — Голос Ирвинга налился холодом. — Росеник атакован.
— Не может быть… Не может. Мы не хотим, чтобы погибали колдуны, нас и так осталось слишком мало! Поэтому со мной пришли несколько сторонников для защиты, а остальные…
— Что? — раздалось из толпы, и Дима снова поравнялся со старейшинами. Огнеслав не дрогнул: по его лицу невозможно было понять, какие чувства вызывало в нем Димино предательство. — Так Берендей и правда напал на Заречье?
— Так это Берендей? — вспыхнула Полудница.
— Он не должен был… — процедил Огнеслав.
— Берендей хотел напасть. Ему нужны Водяная колдунья и Ярилина рукопись, — проговорил Дима. Лицо его пошло пятнами. Он оглянулся на наставническую, словно хотел попасть через нее в Росеник, чтобы защитить книгу. — Но Огнеслав был против этого плана. И тем не менее Берендей знал дорогу до Пустых холмов. Кто-то провел его туда.
— Звездинка! Чертов трус! — Муромец сжал кулаки. Атмосфера начала накаляться.
— Анатолий Звездинка? — не понял Дима.
— Он оказался предателем, шавкой Берендея, — раздраженно бросила ему Злата и отмахнулась: сейчас не время было делиться новостями. — Так ты говоришь, что правда пришел в Заречье на переговоры? — Она перевела взгляд на Огнеслава и усмехнулась. — Для чего?
— Я хочу объединения! Есть ли место, более подходящее для этой цели, чем то, где дети ждут инициацию? Их сила… крепнет здесь! Она проявляется по-настоящему, прорастает в кожу. Так почему бы не сделать так, чтобы все маги проходили Посвящение вместе? Чтобы, как в старые добрые времена, не было никакого предопределения, чтобы каждый сам выбирал путь, по которому он пойдет. Если с малых лет наши дети будут расти вместе, будут вместе постигать законы магии, они смогут мирно сосуществовать и дальше.
— Это невозможно! — рыкнул Ирвинг, теряя терпение.
— Боишься, что ваши воспитанники выберут не ту сторону?
— Пока я глава сообщества, я не позволю магии крови совершаться в Заречье. И дело не только во мне или в Совете Старейшин. Даже род Велесов тут бессилен. Сама земля не позволит этого! Ты видел, как вас встретили морянки…
— Это нечисть! Неужели безмозглые твари будут решать судьбу магии? — перебил Огнеслав. Он взял с собой непосвященного: тот ждал на другом берегу реки. Надо было только привести его и доказать всем, что эта земля примет его, как и остальных.
Люди на берегу оставили попытки пересечь реку и строили планы. Исчез их проводник, за ним отбыл и Огнеслав. Круги на воде унялись, но вот пятно крови, окрасившее берег с той стороны, не давало покоя, сбивало настрой.