Послушный ее воле, круг белого света растянулся, разросся и замкнулся идеальной сферой, окутав защитной магической паутиной Сторм и ребенка, вверенного под ее защиту самой судьбой.
Подняв сумку-переноску вверх, словно это был фонарь, Сторм в упор посмотрела на автобус:
— Стоп, машина!
Глава 9
Успев немного проехать вперед, прямо посреди дороги Эйден увидел Сторм.
Страх буквально парализовал его.
Однако уже через мгновение он взял себя в руки и со всей дури ударил по тормозам.
Из буфета на пол с глухим стуком посыпались консервы.
Эйден вертел головой, оглядывая стоянку в маленьком порту. Все огорожено. С одной стороны тупик. С другой — вода. Автобус высокий, а линии электропередач проходят довольно низко. Повсюду люди. В прямом смысле — некуда податься.
Вариант один — потихоньку пробираться вперед.
— Проклятье, Сторм! Уйди с дороги!
Двигатель заглох, и автобус сам покатился назад к стоянке.
Слыша стук собственного сердца, Эйден встал с водительского места и поискал глазами Сторм.
Ее нигде не было видно.
Он с трудом заставил ноги двигаться и вышел из автобуса.
Сторм нарисовалась внезапно, словно из-под земли выросла. От неожиданности он подпрыгнул и заорал, потом схватил ее и… поцеловал. От ярости, не иначе. Отстранившись через несколько секунд, он положил руки ей на плечи и сжал пальцы. То ли от радости, что с ней все в порядке, то ли от злости. А может, от того и другого сразу.
— Какого хрена, по-твоему, ты творишь?
Сторм открыла рот, чтобы что-то ответить, но Эйден снова ее поцеловал. Она не умерла. Не умерла. Не умерла. Он никак не мог насытиться. Потому что в тот миг, когда он почувствует, что с него хватит, он ее убьет.
— Сторм! — крикнула Дестини, убирая руки от лица. Наверное, закрывала ими глаза, чтобы не видеть самого страшного. — У тебя до сих пор получается!
— Получается что? — рявкнул Эйден. — Демонстрировать свою крутизну? Или запущенный маразм?!
Дестини пожала плечами, как будто об ответе на его вопрос еще можно было поспорить.
— Телекинез, — как ни в чем не бывало сказала она. — Способность двигать и останавливать предметы, не прикасаясь к ним. Но для того, чтобы делать такие вещи, она должна быть чертовски взбешенной.
Эйден глянул на Сторм, явно ожидая объяснений от нее самой.
— Ты ее слышал, — сказала она, стискивая его руки. — Сейчас ты, конечно же, думаешь, что спятил.
Эйден притянул ее к себе.
— Никогда в жизни мне не хотелось ударить женщину так сильно, как сейчас. Почему ты не ушла с дороги?
— Ты обвел меня вокруг пальца.
— Ты бы умерла, если б не сдох мой двигатель.
— Твой двигатель не сдох. Я его убила.
— Это я мог тебя убить! И все! Конец! Финито!!!
Она навсегда ушла бы из его жизни. Конечно, он хотел этого, но с обязательным условием — Сторм должна была жить. Чтобы она могла… и он мог… Чтобы они когда-нибудь могли… Земля опасно закачалась под ногами. Он никогда, черт возьми, понятия не имел, чего хочет. Но теперь точно знал, что хочет ее, хочет, чтобы с ней было все в порядке… и чтобы она была так близко, как сейчас… и надолго. И он даже смог бы смириться с обязательствами…
— Когда я стал осматриваться, а тебя нигде не было…
Эйден не договорил — он снова целовал ее. И на этот раз Сторм ответила ему взаимностью. Ее пальцы запутались в волосах у него на затылке — именно так, как он любил. И она об этом знала.
Через какое-то время он отстранился и оттолкнул ее от себя. Теперь их разделяло безопасное — разумеется, относительно — расстояние. Он провел рукой по волосам.
— Ты… ведьма! Испугала меня до смерти!
— Да чтоб тебя! Я сама испугалась до чертиков.
Эйден потер лоб заметно трясущимися руками.
— Морган! — крикнул он. — Поверить не могу, что ты позволил ей творить такое!
— Позволил? Да я понятия не имел, что замышляет эта чокнутая.
— Сторм, — спохватилась Дестини, — а где Колдун?
— Разве не с тобой? Я отправила его к тебе, чтобы его случайно не задело.
— Ты защитила кота, но даже не подумала о себе? — Эйден был уверен, что нижняя челюсть в весьма обозримом будущем заживет отдельной жизнью, и для верности стиснул зубы.
— Это чтобы защитить твоего ребенка, — ответила Сторм все тем же язвительным тоном. А потом интонации в ее голосе сменились. — Колдун? — жалобно позвала она и заглянула под автобус.
С трудом разжав челюсти, Эйден зашел внутрь своего дома на колесах, чтобы поискать там.
— Твой кот чувствует себя как дома, — процедил он через несколько секунд. — Он здесь, внутри.