Реализация этой имитационной альтернативы началась еще в 1956 г., когда 21 августа заместитель министра культуры СССР В. И. Пахомов уведомил заместителя председателя Совета Министров РСФСР Н. Н. Беспалова о том, что «считает целесообразным для художественного обслуживания и удовлетворения культурных запросов еврейского населения в Москве и на периферии Союза создать передвижной еврейский музыкально-драматический театр с труппой 20–25 человек и оркестром 8-10 человек».
Впрочем, и это предложение, видимо показавшееся властям чрезмерным, отложили тогда в долгий ящик. И только в 1962 г., когда западное культурное давление на Кремль стало резко зашкаливать, его извлекли из архива и, чуть препарировав, создали «во исполнение» Московский еврейский драматический ансамбль при Москонцерте. Руководить им назначили В. (Б.) Е. Шварцера (1892–1978), который до войны был главным режиссером Одесского еврейского театра, а потом перешел в Московский ГОСЕТ. Преемником этого ансамбля ныне является Московский еврейский театр «Шалом», который с 1987 г. возглавляет А. С. Левенбук (р. 1933).
К началу 1960-х гг. в СССР произошло не столько возрождение еврейской культуры, сколько усилиями власти, заинтересованной в создании в мире своего позитивного имиджа, была осуществлена имитация этого возрождения. Однако такой печальный результат был вызван не одним лишь негативным воздействием государственной бюрократической системы, пораженной к тому же элементами антисемитизма, но и объективными процессами ассимиляции советского еврейства (частично форсированной, правда, юдофобией) и глобального угасания культурного идишизма.
Мой ответ поэту-юдофобу из «Молодой гвардии» Валерию Хатюшину и его единомышленникам…
Евреи — орденоносцы, лауреаты. Сегодня в чести, завтра в кандалах. Мы знали их имена, наши бабушки выискивали их в газетах и титрах фильмов. По именам можно было догадаться о еврейском происхождении, иногда и носы давали повод для раздумья. Знаменитые писатели-евреи — классики советского времени вроде бы не касались национальной темы. И только тогда, когда кончился Союз и все рухнуло, когда выползли из самиздата и герметично задвинутых ящиков письменных столов строки-узники, мы поняли, что все они, от Эренбурга до Маршака, терзались еврейской темой, исписывали ею в темные ночи клочки бумаги и быстро совали их в огонь. То, что не догорело, — осталось памятником растоптанному еврейству России.
В 2002 г. в девятом номере журнала «Молодая гвардия» было напечатано стихотворение поэта Валерия Хатюшина, в котором автор четко определил, за что евреи не любят Сталина. Название стиха весьма краткое — «Отчего?»
Но автор этого стихотворения Валерий Хатюшин глубоко ошибается: евреи очень любят дорогого вождя. Очень! И есть за что. Мы его любим за борьбу с «космополитами», за убийство Михоэлса, за расстрел деятелей Еврейского антифашистского комитета, за закрытие наших школ и газет, за «дело врачей-убийц». Разве за это можно не любить заботливого вождя?