– Я только что погуглил хурму, она немного похожа на сливы. Нам понадобятся деньги, милая, иначе как мы будем платить за электричество, телефоны, воду и отопление? Куда дети пойдут в школу?
– В милую маленькую школу, как вот эта местная.
– Но они не говорят по-гречески! МЫ не говорим по-гречески.
– У меня по латыни были хорошие оценки.
– Милая, латынь и современный греческий – это совсем разные вещи. Даже древнегреческий – это не латынь. Ты даже французский до сих пор не выучила, после всех этих встреч с моими родителями. Как ты собралась учить греческий? Мы будем как те люди из дешевых телевизионных программ, которые собираются уехать за границу, а затем возвращаются домой через две недели, потому что не могут найти привычный апельсиновый сок в местных супермаркетах. Греческая экономика сейчас не в лучшем положении. Только сумасшедший вложит сейчас свои деньги в Грецию!
– Аагаа, – протянула я хитро. – Раз уж их экономика в не лучшем положении, то мы очень выгодно можем обменять свои деньги?
– Нет, дорогая, – сказал Саймон и некоторое время болтал об инфляции и экономике, пока я настраивалась и думала о своих оливковых рощах и акварелях, а также о привлекательной тенистой шляпе, которую я буду надевать, когда приступлю к рисованию.
Когда я спустилась с небес на землю, он все еще топтался по моей мечте, требуя еще раз узнать, как я планировала платить за коммунальные услуги. Я открыла рот, чтобы предложить, что мы будем жить при масляных лампах и черпать воду из древнего каменного колодца, но потом поняла, что опасно сворачиваю на территорию Луизы. Я бы ни в коем случае не смогла так жить.
К счастью, в этот момент саранча решила снова напасть на нашу террасу, а это означало, что я могла с достоинством уйти от глупых вопросов Саймона о практичности моего видения. Ну или насколько можно назвать мой быстрый бег с криками «ААААА! У меня есть что-то на волосах?!» – достойным отступлением.
Я не собиралась сдаваться и приступила к поискам идеального дома. У меня есть целая неделя на свою мечту. Конечно, я справлюсь!
Май
Мечту осуществить не получилось. Саймон продолжал топтаться по ней и обращал мое внимание на то, что нам надо еще растить и одевать двоих детей, а не переживать за капризы греческой экономики. Он также упорно отказывался верить моим заявлениям о том, что в Греции не обязательно платить налоги, в чем я почти уверена. И все мои радикальные заявления, что мы просто сможем жить вне населенных пунктов, его не убеждали. И вот, увы, мы вернулись в город.
Может, поэтому Луиза уехала отсюда? Возможно, у нее тоже было видение более простой жизни? У нее нет такого ограничивающего ее мечты мужа, как Саймон, и она смогла воплотить мечту в реальность? Но опять же, я видела, как живет Луиза. У них там грязно, влажно и воняет. Кроме того, мечта Луизы – жить в сыром лесу в Шотландии, а не на залитом солнцем греческом склоне горы. Так что скорее она просто сумасшедшая. Приятнее думать так, потому что не хочу, чтобы у нас с Луизой было что-то общее.
Наша бедная стиральная машинка не переставала работать с тех пор, как мы вернулись. Не понимаю, откуда взялось столько грязного белья, тем более что все носили только футболки да шорты. Я так и не надела свои туфли, которые тащила всю дорогу до Корфу и обратно, так как оказалось, что вполне можно было ограничиться сланцами. Зато теперь у меня ноет спина после всех этих пробежек по аэропорту с сумками.
Дети снова ведут себя как дикие с того самого момента, как мы приземлились. Небо слишком низкое, полевые цветочки уже засыхают, на улице слишком много машин, и мне совершенно не хочется идти завтра на работу. Саймон говорит, что это просто синдром прошедшего отпуска, но я-то хочу сидеть на своем террасио (это на итальянском, наверное. Или не исключено, что это слово я сама выдумала), пить необычные местные вина и наблюдать за тем, как мои милые дети резвятся в бассейне. В общем, реальность – кошмар, я ненавижу свою жизнь, и все это очень несправедливо. Я буду ныть до тех пор, пока не надоест. А на самом деле просто поворчу какое-то время.
С положительной стороны, довольно приятно вернуться к британской сантехнике и снова иметь возможность смывать бумагу в туалет. Полные мусорные ведра обосранной туалетной бумаги – так себе предмет интерьера, должна вам сказать. Я радуюсь и тому, что снова могу спокойно чистить зубы без истерических криков Саймона: «Используй бутылированную воду! Не водопроводную!» И, конечно же, я очень соскучилась по своей собаке. Наверное, не стоило звонить в питомник по несколько раз в день и спрашивать, все ли с песиком хорошо. Я даже отправила собственной собаке открытку.