— Смертные женщины несовершенны. Ни одна из них не похожа на вас, — шипучие нотки в голосе. Юна попыталась его оттолкнуть, он поймал ее руку, прижал к губам. Девушка всегда верила в свою способность уболтать кого угодно — только Нинель не удавалось, и то, потому что при общении обычно душила злость, хотелось скандала. И сейчас вновь попыталась отвлечь василиска болтовней, хотя почти безнадежно:
— Мавки тоже очень даже смертны. А в чем смертные женщины несовершенны? Василиски, что ли, совершенны?
Удалось вырваться, Юна потихоньку отступала. Василиск наблюдал, щурясь, как кот за голубем.
— А женщины расы василисков? Какими они были?
— Я покажу вам портреты, если захотите. Позже, — он вдруг сделал резкое движение рукой, раздался треск ткани, Юна опустила взгляд и с ужасом увидела, как прямо на глазах, разрезаемая невидимым лезвием, рвется ткань ее юбки, расползается длинным разрезом до самого бедра... Взвизгнула, бросилась к двери — щелкнул замок.
— Как видите, от меня не убежать.
— Пожалуйста, не надо... — Юна судорожна сжала разрез, но рядом тут же пролегла новая прореха.
— Господин ар'Мхари, выслушайте меня! Я не готова... сейчас... Прошу вас, дайте мне время... Привыкнуть к вам... Хотя бы не сейчас... Я очень устала... Давайте отложим этот разговор до завтра...
— Вы думаете, завтра вам сбежать будет легче?
— Я очень устала. Пожалуйста...
Новая прореха прошла по корсажу, не поддерживаемый ничем, кроме плотно сжимавших ткань застежек, верх платья стремительно начал сползать. Поддерживая его рукой, Юна бросилась к двери в купальню. Захлопнула ее за собой, закрыла на задвижку, судорожно огляделась в поисках выхода:
«Кажется, я в тупике»
Закрыла лицо руками. «Так вот она, ваша темная сторона, господин ар'Мхари. Не замедлила проявиться...»
Она и впрямь уже была влюблена. В того, грустного и задумчивого, показывавшего ей корабль с Прародины. Нет ничего ужасней, чем когда лик монстра прорезывается сквозь ставшее дорогим, красивым лицо. Юна ждала этого момента, но все равно оказалась не готова.
«Кто вам сказал, что вы — гость? Вы — мой подарок себе.»
«В ваших же интересах, чтобы я продолжил вам нравиться.»
Романтический дурман вечера эти фразы развеяли очень быстро.
С той стороны двери — тишина. Что же дальше? Нужно бежать из этого замка. Но как? Эта купальня — тупик. Сейчас он найдет способ открыть дверь... и не хочется думать, что будет дальше. Как и все девушки ее возраста, Юна порою мечтала о вычитанном в книгах образе благородного рыцаря, серенадах под окном, первом трепетном поцелуе, романтическом признании в любви, и в глубине души верила, что однажды так оно и будет...
И даже в страшном сне не являлось к ней, что будут скользкие от воды ступени купальни, ненадежная задвижка на двери, насмешливое «Разве я просил вас о доверии», и... взбесившееся платье, которое продолжало рваться! И шпильки, которые внезапно самостоятельно вылетели из прически, повисели стайкой перед Юниным носом и дружно осыпались вниз, звонко бряцая о камень! Юна отбросила упавшие на лицо волосы, отбежала от двери, заметалась по купальне — куда бежать? По наитию нырнула в какую-то нишу, там раздался щелчок, открылся узкий темный ход, ступени, по которым бежала вода, вели куда-то вниз. Сбросив туфли и придерживаясь за стены, Юна поспешила спуститься и оказалась в комнате, очень похожей на купальню, только гораздо больше по размерам, почти все пространство которой занимал бассейн, а потолок был такой же стеклянной линзой, собиравшей в себя звездный свет.
Отсюда точно должен вести какой-то выход.
21
Позади захлюпали шаги. Юна бросилась в темноту. Босые ноги ступали по шершавым, необработанным камням, стены под руками — неровные, колючие. Замок построен на скале, видимо, часть помещений когда-то была настоящими пещерами. Нырнула в какую-то темную нишу, думала — коридор, оказалось — тупик. Шаги раздались совсем близко, Юна затаилась.
— Неужели сбежала? — фальшиво изумлялся в темноте василиск.
Затаивая дыхание, Юна проклинала тот миг, когда села с василиском в карету. Она ведь уже тогда понимала, что ничем хорошим это не закончится, хоть и пыталась себя успокоить. Но как она могла бросить драконенка? Хотя, если рассуждать здраво — а как она могла защитить его, если василиску вдруг вздумалось бы украсить гостиную необычным чучелком? Разве что погибнуть вместе...
— Но как она могла сбежать из моего замка, если вокруг так много опасностей? Ядовитые змеи, например? — продолжал василиск размышлять вслух.
Что-то подозрительно зашуршало внизу.
— Змей здесь много, несколько сотен гнезд. Разные: есть маленькие ядовитые, есть огромные удавы...
Ноги коснулось что-то ледяное, скользкое. Юна попыталась убедить себя «показалось!», но оно поползло выше, обхватило шиколотку, вверх по ноге... Змея!
— Маленькая девочка, такая вкусная, так хорошо пахнет... Разве может она выйти живой из моего замка?
Змея переползла на талию. Юниной руки коснулось что-то мокрое. Жало?
— Но, возможно, она все же предпочтет мое общество змеиному и позовет меня на помощь?