Среди просторов золотых,Под грузом зерен налитых,Колосья гнулись до землиИ распрямиться не могли.А он, один, набрав разбег,Был выше всех,Заметней всех.— Низкопоклонники, —Презрительно он цедит, —Вот потому никто вас и не ценит,Что вы боитесь голову поднять.Неужто вы не можете понять,Что гордым нужно быть и смелым?Тянуться к солнцу, быть с ним наравне,А тот, кто низко гнется в тишине,Не может быть заметным или спелым! —Так и стоял с поднятой головой —Особый, не простой, не рядовой,Тянулся вверх, с презрением к простым,Лишь потому, что был совсем пустым.МУРКА И БАРБОС
Когда зима вошла в свои права,У Мурки кончились дрова.Лежать бы ей на теплой-то печиИ песенки мурлыкать сладки,Да холодны уж больно кирпичи —Замерзли лапки.И вот по данному вопросуПришла она к Барбосу:— Барбосик милый! Что скулишь?Иль нездоров? Так дышишь тяжко!Да как ты в жутком холоде сидишь,Чудашка?Переходи ко мне и вместе заживем,А конуру твою мы на дрова снесем… —Барбос развесил уши, внемля,И перешел он в Муркин дом.А конуру свою немедляНа слом.Но лишь весна пришла, и с крышиКот замяукал Мурке в тон,Встряхнулась Мурка шубкой рыжейИ прогнала Барбоса вон.СОРОЧЬЯ ТАКТИКА
Сорока со столба Голубке стрекотала,Сидящей посреди гумна:— Ах, как тебя, Голубка, жалко стало!Ты, погляжу, всегда одна.И как только терпения хватает!Ты яйца греть садишься, дни губя,А к Голубю Кукушка прилетаетИ в лес его уводит от тебя.— Неправда! — ей Голубка отвечает. —Ни разу Голубок не изменил.Да он, коль хочешь знать, во мне души не чает —Сейчас меня на яйцах заменил.— Какой позор! — Сорока восклицает.И растрещала сплетню по лесам:— Голубка-то с Дроздом вовсю гуляет,А муж птенцов высиживает сам! —Сия история едва лиНуждается в морали.
Перевод с чувашского Н. Якушева.
РАФКАТ КАРАМИ
ПОМОЛВКА
Есть у меня дружок по имени Ханиф. Ну, тот самый Ханиф, что работает электриком на заводе и любит говорить, что образование у него средненькое, потому что он окончил среднюю школу. Семейное положение — холост. Пока… Впрочем, не будем забегать вперед.
Однажды Ханиф зашел ко мне домой. Как водится, поговорили о том о сем, перекурили, а когда я спросил, не собирается ли мой дружок жениться, тот неожиданно заулыбался:
— Дело к тому идет!
— Да ну? — искренне изумился я. — Когда же ты успел? Я-то почему ничего не знаю? Ну, рассказывай же — кто, где, когда, как?
Вместо ответа Ханиф вытащил из кармана какие-то листочки, аккуратно расправил их и разложил на столе. Я с недоумением взглянул на друга.
— Это, дорогой, свадебные проекты, — сказал Ханиф. — Вот, к примеру, текст приглашения на свадьбу.
И он с чувством зачитал: «Уважаемый товарищ! Приглашаем вас на свадьбу Ханифа Морфанова такого-то числа по такому-то адресу».
— Сойдет? — спросил Ханиф.
— Ну-у, — протянул я, не зная что сказать, — наверное, сойдет.
Мои слова, видимо, вселили уверенность в Ханифа, и он взялся за вторую бумажку:
— Вот это — проект свадебного бюджета.
— Чего-чего? — Мне показалось, что я ослышался.
— Проект бюджета. Как бы тебе объяснить?.. Ну, финансовая сторона свадьбы.
«Да меня не «финансовая сторона», а девушка интересует, невеста! — чуть было не сказал я вслух, но успокоил сам себя: — Сиди, беспокойная твоя душа, ведь можешь обидеть близкого друга».
А Ханиф между тем продолжал: