– Мисс, не могли бы вы мне помочь?..
Было очень заметно, что она с превеликим одолжением поворачивалась к нему.
– Да, я вас слушаю…
Прошло еще десять-пятнадцать секунд, пока они стояли с оценивающими взглядами напротив друг друга. «Красивая, черт побери… такая знает себе цену…»– подумал Майкл и, быстро взяв себя в руки, продолжил:
– Мне нужна одна книга, точнее две, да, две книги. Священная книга мусульман – Коран, на арабском и на английском языках.
Девушка, уже улыбаясь, приглашая его, сказала:
– Это в другом ряду… Идемте…
Майкл молча пошел следом за ней.
– Откуда такой интерес к исламу? Вы журналист?
– А как вы узнали? – спросил Майкл.
Девушка, взяв книги с полки и протягивая их ему, сказала:
– Всего лишь предположение. Просто многие сегодня интересуются исламом, готовят диссертации, пишут статьи на тему «исламский радикализм» или «исламский террор» и прочее…
– Да, я работаю на телевидении. В настоящее время я работаю над одним новым проектом о мусульманах. А Коран мне нужен для изучения, так как мусульмане каждое свое действие связывают с этой книгой. Я бы хотел найти связь между ними, то есть между сказанным в книге и их действиями. А также один мой знакомый попросил для себя Коран на арабском языке.
– Могу я дать вам один совет?
– О-о, конечно, я был бы очень рад!
– Если вы будете изучать Коран и искать там минусы, то вы ничего не добьетесь. Сегодня почему-то все представители вашего круга предрасположены искать минусы в исламе. Коран для мусульман – ведь это не только священная книга запретов! Коран – это сама по себе уникальная книга. Она одновременно заключает в себе конституцию, налоговый, уголовный, гражданский кодексы и многое другое. Минусы надо искать в сегодняшней жизни мусульман.
Портман даже и представить себе не мог, что вот так вот, случайно, познакомится с человеком, который обладает необходимой для нового проекта информацией. Да еще продавщица!
– Откуда такое знание Корана? Увлечение в свободное время? Угадал?
– Нет, не совсем. Я учусь на философском: арабская философия и арабский язык. Вам может показаться странным, но сам ислам отрицает философию, считая, что это «путь в никуда».
Майкл не хотел так просто расставаться с ней. «Тем более в ней что-то есть», – подумал он.
– По-моему, нам надо продолжить наше знакомство, как вы думаете? Вы бы могли помочь мне в моей работе.
Девушка, смеясь, проговорила:
– Обычно меня приглашают продолжить день или вечер где-нибудь в ресторане, а вы…
– Согласитесь, – перебил ее Майкл, – после необычного знакомства должен быть необычный вечер для взаимовыгодного сотрудничества двух начинающих мыслителей, – сказав это, Майкл повертел указательным пальцем правой руки у своей головы.
– Ну, не знаю…Может быть, в пятницу… С вас 36 долларов.
Девушка пробила чек в кассе и выдала Майклу сдачу.
– Ну, тогда я не прощаюсь, – улыбаясь, сказал Майкл. – До свидания. А-а-а, совсем забыл, меня зовут Майкл.
– Кэтрин, можно просто Кэт…
– Очень приятно, Кэт. Ну, я тогда не прощаюсь. До свидания…
Взяв упакованные в пакет книги, Майкл вышел из магазина. Та самая девушка, которая вытолкнула Кэтрин навстречу Майклу, подбежала к ней и стала ее теребить своими вопросами, дополняя их комментариями.
Майкл спустился на эскалаторе на первый этаж и заглянул в ресторанчик, находящийся здесь же, на территории магазина. Положив сумку с брендом «Barnes Noble» рядом с собой, он открыл ноутбук, расположив его перед собой. С витражного окна виднелась вся улица. Люди с миллионами своих личных мыслей шли потоками в разные стороны улицы. Портману вдруг стало интересно, что думали руководители США и Британии об исламе, Коране за последние два десятилетия…
Он набрал в поисковике необходимые слова, и его взгляду открылось множество ссылок, в основном об одном и том же. Вот, например, интервью с Биллом Клинтоном о том, как сильно повлиял на него Коран: «Бывший президент США Билл Клинтон в последний год своего пребывания в Белом доме устроил для мусульман прием по случаю окончания поста и наступления праздника Рамазан. На собрании, которое также началось с чтения стихов Корана, в своей речи Билл Клинтон цитировал стихи и неоднократно заявлял, что испытывает большой интерес к Исламу: