- Ну, чего там? - нетерпеливо спросил Толик.
- Возможно, ничего хорошего, - с деланным конфуцианским спокойствием произнёс я.
- Может шмальнуть сразу?
Толик всегда отличался склонностью к перестраховке. Но, если подумать, на поверхности это является ценным качеством.
- Погоди, успеешь.
На верху водится много тварей и все они жутко агрессивны. Если кто-то считает, что человек самый опасный зверь, пусть попробует погулять полчасика на земле. Можно даже днём. Уверяю, получите массу незабываемых впечатлений.
Наземный бестиарий вгонит в шок любого, особенно с непривычки. Я после первой вылазки дня три глушил самогонку, прогоняя из памяти увиденный кошмар, иначе бы не заснул. Со временем чувства слегка притупились, но всё равно, стоит только оказаться на земле, машинально начинают трястись поджилки и стучать зубы.
Мы, поисковики, не супермены и никогда не были ими. Мы обычные люди и поэтому испытываем страх, а он помогает нам выжить. Всего должно быть в меру. Герои и трусы погибают первыми. Остаются те, кто, преодолевая боязнь, идёт к намеченной цели.
Наверху много врагов. Наиболее эффектно и роскошно выглядят гарпии, большие чёрные существа с собачьей головой, мощными бульдожьими челюстями, кожистым телом с резко выделяющимися рёбрами грудной клетки. У гарпий размашистые крылья и цепкие лапы с острыми как бритва когтями. На конце длинного хвоста жало. К счастью, яд, который оно выделяет, для человека безвреден. Однако удар хвостом может сбить с ног, а жало запросто нанесёт смертельную рану.
Гарпии всегда собираются в стаи, состоящие из нескольких десятков особей. Они парят на высоте десятиэтажного дома и, завидев добычу, камнем падают вниз, издавая оглушительный рёв, способный ввести жертву в ступор. Одно время их отпугивал шум работающего двигателя и выстрелы, но сейчас они практически ничего не боятся. К тому же отличаются бешеным упорством, способны атаковать, не обращая внимания на кинжальный огонь из автоматов. При этом они достаточно смышленые твари и умеют устраивать засады. Иногда ведут довольно спокойный образ жизни и атакуют, только если считают, что гнезду грозит опасность, однако периоды относительного покоя длятся недолго, всего несколько дней. У этих созданий потрясающе развито стадное чувство. Самое худшее, что может случиться с караваном - оказаться возле гнезда, тогда люди подвергаются нашествию сразу нескольких стай, собирающихся буквально за минуту. Гарпии летят со всех концов, призываемые тревожным писком сородичей. И тогда начинается нечто неописуемое.
Небо темнеет от сотен размашистых крыльев, твари устремляются вниз будто торпеды, безрассудно атакуя всех и вся. Единственный способ спастись - дать по газам и на всей скорости уноситься прочь, к станции. Разве что гермоворота способны устоять перед их сумасшедшим натиском.
За время существования Двадцатки мы более-менее изучили повадки гарпий и знаем расположение их гнёзд. Любой новый маршрут вылазки в первую очередь опасен неизведанностью. Поэтому Димка так нервничал, получая предписание из штаба. В конце концов, дело касается и его личного зада. Но и Козлов по-своему прав. Найти что-то стоящее с каждой вылазкой становится всё труднее и труднее, мы превращаемся в шахтёров, которые постепенно выдали на гора всю ценную породу и теперь вынуждены иметь дело с обедневшими пластами.
Кроме гарпий есть ещё и йети. Кто-то назвал их так из-за сходства с виденным на картинках снежным человеком. Я в существование снежных людей никогда не верил, а твари, которых прозвали в честь этих мифических существ, больше смахивают на огромных горилл, у них густая шерсть, выпуклый лоб, выдвинутая вперёд тяжёлая челюсть, глубоко посаженные мелкие глазки и злобный нрав. Одна из них подстерегла Толика и загрызла бы, не приди я на помощь.
Йети не коллективные создания, они охотятся только в одиночку. Возможно, так выглядели наши весьма отдалённые предки, но биологическая общность ещё не делает нас друзьями. Йети людоеды. Они здоровые и мощные будто танки, чтобы остановить такой надо буквально изрешетить его пулями, при редком везении можно пробить прочный как броня череп, и тогда бестия сдохнет.
Я перечислил два из трёх самых распространённые типов существ. Они очень опасны, и мы стараемся с ними не связываться. Но сегодня нам повезло. Из-за некогда белого, а теперь грязно-ржавого киоска с покатой крышей на свет вышел представитель третьей разнородности обитателей поверхности: ходячий мертвец, он же зомбарь. Окажись с нами какой-нибудь киношник вроде Джорджа Ромеро, он бы от радости штанишки намочил. Редкая выпала бы возможность для натурных съёмок.
Так оно и бывает. Для кого-то кино, для кого-то жизнь.
Труп еще не успел полностью разложиться, хотя одежда на нём истлела и превратилась в лохмотья. Череп с пустыми глазницами уставился в нашу сторону, и сразу дробно заклацали редкие зубы, будто боевые тамтамы. Мертвец вытянул прутья рук и карикатурно пошагал, подволакивая правую ногу. Двигался он чуть быстрее черепахи, и Толик, довольный, что всё обошлось, снял его издалека.