– Обалдеть… – дружным шепотом сказали Белка и Натэла.
– Зачем выскакивать в окно, если можно уйти через открытую дверь?.. – пискнула Соня, но ее никто не слушал.
– Значит, как-то эта дверца отпирается! – воодушевленно орал Батон. – Атаман, отойди, дай я попробую! Может, там нажать надо где-нибудь? Или что-то повернуть? Или взорвать?!
– Батон, отвали, я сам! – Атаманов, энергично отпихивая друга плечом, торопливо щупал кирпичи вокруг дверцы. Но Батон тоже не собирался сдаваться. С минуту они с Серегой яростно толкались. Наконец от особенно сильного толчка Батон свалился на пол, а Атаманов с воплем полетел прямо на дверцу.
– Эй, вы что, обалдели?! – рявкнула Полундра во всю силу своих легких. – На улицу пинаться идите! Еще раскокаете что-нибудь, долбецы… ой! Ой, Серый, КАК ТЫ ЭТО СДЕЛАЛ?!
Из-под руки Сереги вылетел кирпич и, упав на пол, раскололся на две половинки. А за кирпичом оказалась прямоугольная дыра. В дыре что-то темнело.
– Как это у тебя вышло, Атаман? – оторопело спросила Полундра. – Как ты кирпич выбил?
– Я его не выбивал… – Атаманов таращил глаза на дырку. – Я… просто на него рукой нажал нечаянно, и он сам выпал… Они тут все, что ли, на соплях держатся?
– Нет, остальные крепко сидят, – сообщил Пашка, постучав по кирпичам вокруг дверцы. – Как вмазанные. Почему же этот тогда так легко выпал? А ну-ка, шелупонь, отойдите…
Пашка сел перед дверцей, включил фонарик мобильного телефона и запустил в дырку голубой луч света. Все напряженно следили за ним. Через мгновение Пашка севшим от волнения голосом сказал:
– Шелупонь, а ведь там что-то есть. Какой-то штыречек торчит. Сейчас мы его аккура-атненько потя-анем…
– Полторецкий, может, не надо, а?.. – жалобно попросила Соня. – Вдруг стена завалится? Ты хоть компьютер отодвинь, он же денег стоит… Дети, сейчас же отойдите от стенки!!! Нет, я свихнусь когда-нибудь с этим авантюристом!
Но Пашка уже сунул руку в щель, потянул за тонкую, как карандаш, железную спицу, та поехала в сторону… и дверца медленно, без скрипа, приоткрылась.
– Внутренний замок! – с восторгом провозгласил Батон. – Зажим одним концом в дверцу входил, а другим – в дырку! А дырка кирпичом была загорожена! У-у, круто придумано! Кто не знает – в жизни не догадался бы! Ну что, братва, спускаемся?!
И в этот момент Соня железным голосом приказала:
– Дети, сейчас же отойдите оттуда! Никто никуда не спускается – или я немедленно звоню вашим родителям! Вы с ума сошли?! Если помните, купец Скобин под землю точно так же спустился – и не вернулся! И его так и не смогли найти! Мало ли что… или кто… там может быть, в этом подземелье?! Полторецкий, если ты их туда впустишь, я за тебя не только замуж… я вообще… я тебя просто застрелю! Раз и навсегда!
– Из пудреницы, звезда моя? – попытался усмехнуться Пашка. Но бледное лицо Сони выражало такую непреклонность, что все как-то разом поняли: спуститься в таинственный ход никому не удастся. По крайней мере, сегодня.
– Сонечка, успокойся, мы никуда не полезем! – умоляюще сказала Белка. – Честное слово! Правда, Юлька?
– Не полезем, не полезем… – неохотно проворчала Полундра. – Только зачем он тогда нужен, этот ход, если туда спуститься нельзя?
– Между прочим, Артур этот… или кто он там… как-то все-таки выбрался, – хмуро напомнил Атаманов. – Дверца-то была закрыта. И подоконник затоптан.
– Он мог вовсе туда и не спускаться! – не сдавалась Соня. – Мог так же, как и мы, посмотреть на эту дверцу – и уйти домой! Если он не полный идиот! По-моему, ему гораздо больше была нужна та вишневая папка с документами.
– А грязь на подоконнике тогда откуда? – попыталась было возразить Белка, но, наткнувшись на яростный взгляд старшей сестры, осеклась. Некоторое время в офисе царила тишина. Затем Полундра уныло сказала:
– Ну… раз вниз нельзя – тогда надо хоть этого Отешецкого с Таганки проверить. И еще съездить к Сол Борисычу, с ним перетереть насчет скобинского барахла. Вдруг там что-то важное было, а мы не заметили? В общем, братва, – кто сможет к Отешецким протыриться?
– Как можно «протыриться» в чужую квартиру к незнакомым людям? – пожала плечами Натэла. – Мы же не этот… не Артур. И дни рождения у них наверняка сейчас не справляют.
Все молча смотрели друг на друга. Потом Батон медленно выговорил:
– Пиню надо. Сработает. Беспроигрышный номер.
– Батон, ты гигант! – после секундной паузы восторженно заорала Полундра, и вся компания, с шумом повскакав с пола и стульев, выкатилась из офиса. Вскоре Юлькин зычный глас доносился уже со двора: – Давайте так, чтоб времени не терять! Мы поедем к Сол Борисычу, а Натэлка с Серегой возьмут «керосинку» для скорости – и в Котельнический! А потом…
– Динамит, а не девчонка, – скорбно провозгласила Соня.
– Это у нас фамильное! – гордо заметил Пашка.