Читаем Поездка за наследством полностью

Ламур Луис

Поездка за наследством

Луис ЛАМУР

Поездка за наследством

Роман из цикла "Сэкетты"

Вестерн

Норману Миллену

Глава 1

Когда над Сайлеровой плешью занялся рассвет, я взяла саквояж, прихватила винтовку и по Средней протоке направилась к Тукалуки-Коув.

Ма говорила:

- Эхо, если ты собираешься в Сеттльменте, то стоит отложить винтовку и посидеть с иголкой несколько вечеров. Возьми журналы "Для леди", те, что оставил нам бродячий торговец, изучи их как следует. Городские одеваются не то что мы, и позориться тебе не пристало.

Нам нужно было получить деньги, и мне следовало съездить за ними. Па, чтобы наскрести на жизнь, гнул спину на ферме в холмах, но надорвался и несколько месяцев назад сдал и, как говорят, "отдал Богу душу". Мы похоронили его под большим дубом и положили там камень с надписью.

Ребята охотились на бобра в Сияющих горах далеко на западе, и кроме меня и Регала дома никого не осталось, а Регал не вставал с постели. Он малость не поладил с медведем, который в тот день был не в духе и не признал в нем Сэкетта. Прежде чем Регал уложил медведя, тот здорово его помял и пожевал. А у парня под рукой был лишь нож, да еще топор с двумя остриями. Зверь его так отделал, что теперь Регал не годился для поездки.

Что же до меня, то я добывала мясо, когда еще сама была не больше того ружья, с которым ходила на охоту, а последние годы била столько, что даже продавала дичь мяснику. Как только у меня завелись деньжонки, я стала мечтать о нарядах из модного журнала "Для леди".

Когда девушке шестнадцать, ей пора бы присмотреть себе человека, но мне еще не встретился такой, ради которого я была бы готова разбиться в лепешку. Как и всякая девица, я, конечно, мечтала, но не о парнях с Бешеного ручья или со Средней протоки. Я мечтала о далеком и прекрасном. Отчасти я была этим обязана Регалу.

Регал приходится мне дядей, папин брат. В молодости он ходил за горы, добирался до Сеттльменте. В Чарльстоне у нас родня, так он по пути и туда заглядывал. Рассказывал мне о тамошних жителях: как они одеваются, в каких домах живут, говорил про театры, про удивительные кушанья.

В свое время Регал был видным парнем и, думается, немало проказничал всюду, где только побывал. Рослый, дюжее трех быков, а улыбался так, что не одну девицу в жар бросало. Я сама об этом не раз слышала. И хотя многие девицы пытались его охмурить, ему нипочем были все их хитрости и ловушки. Что-что, а обращаться с девушками Регал умел!

- Не торопись, - советовал он мне. - Такой свеженький бутончик, да и фигурка что надо. Самый раз, чтобы потом любой мужчина удивлялся, куда подевались те денежки, что он заработал за лето. Не гони лошадей. Не стоит выходить замуж абы за кого только потому, что другие выходят. Я побывал там, где живут не так, как мы, и знаю, что есть на свете вещи получше, чем сбивать масло да мотыжить кукурузу. Но предупреждаю: не вздумай говорить парням о том, как ты стреляешь. Не всякому понравится, если его переплюнет кнопка пяти футов ростом!

- Во мне пять футов и два дюйма! - протестовала я.

- Слушай, что говорю. Когда доберешься до Сеттльменте, веди себя поосторожнее. Когда парень говорит с девушкой, он не так уж и прост, хотя и сам в это время верит почти всему, что болтает. Бывает, наобещает девушке всякое, а не пройдет и часа, как все позабудет.

- И ты тоже давал такие обещания, Регал?

- Нет, никогда. Когда женщина встречает мужчину, какого ищет, здесь не нужно ни обещаний, ни лишних слов. Она сама найдет такие слова, которые даже не придут в голову парню с гор. Поначалу я, как бы тебе сказать, вроде бы робел, но потом до меня дошло, что это мне на пользу. Я просто оставался таким, как есть. У женщины до того сильное воображение, что она замечает в мужчине такие вещи, о которых он никогда и не думал, и скорее всего их просто нет.

Обернувшись, я еще могла разглядеть вершины Бланкет и Сандерхед и краешек хребта Дэвиса. Небо хмурилось, собирался дождь.

В Филадельфии оказалось больше народу, чем, как я думала, есть на всем белом свете. Выбравшись из почтового дилижанса, я спросила возницу, как добраться до нужного мне места. Он спустился на землю и показал дорогу.

Я собиралась остановиться в меблированных комнатах с пансионом - у хозяйки в горах была родня. Считалось, что для молодой девушки здесь вполне безопасно. Не то чтобы меня это слишком волновало. Под платьем у меня был спрятан добрый арканзасский охотничий нож в ножнах и через маленькую прорезь в складках юбки я могла его быстро достать. В саквояже лежал револьвер.

Большинство одиноких, да и не только одиноких, днем обедали в пансионах. Рестораны были для людей с деньгами, или же их посещали вечером. Кто работал в мастерских, лавках или вроде того, искали жилье и стол разом, хотя некоторые из них жили в одном месте, а столовались в другом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
Палеолит СССР
Палеолит СССР

Том освещает огромный фактический материал по древнейшему периоду истории нашей Родины — древнекаменному веку. Он охватывает сотни тысяч лет, от начала четвертичного периода до начала геологической современности и представлен тысячами разнообразных памятников материальной культуры и искусства. Для датировки и интерпретации памятников широко применяются данные смежных наук — геологии, палеогеографии, антропологии, используются методы абсолютного датирования. Столь подробное, практически полное, обобщение на современном уровне знания материалов по древнекаменному веку СССР, их интерпретация и историческое осмысление предпринимаются впервые. Работа подводит итог всем предшествующим исследованиям и определяет направления развития науки.

Александр Николаевич Рогачёв , Борис Александрович Рыбаков , Зоя Александровна Абрамова , Николай Оттович Бадер , Павел Иосифович Борисковский

История