Занимая в офисе высокую должность, человек считает себя значительным, но как только он теряет эту должность, все величие исчезает. Тот, у кого много денег, считает себя богатым, он чувствует себя весомым. Но если внезапно он обанкротится, то исчезнет не только его богатство, но также и его душа, утратится вся его личность. Это был бумажный кораблик, карточный дом: небольшое дуновение ветра – и с этим покончено.
Самопознание означает, что вы четко поняли: познать себя можно непосредственно, напрямую – не через других, без помощи других. Никого не нужно спрашивать… насколько же это глупо – спрашивать у других: «Кто я?» Разве кто-то сможет на это ответить? Отправляйтесь внутрь себя – в этом и состоит поиск быка. Войдите в свою собственную энергию, она здесь. Просто испробуйте ее, соединитесь с ней.
И как только вы поймете, что свое существо нужно искать внутри себя, в полном одиночестве, вы станете свободными от массы, от толпы; родится индивидуальность, вы станете уникальным, неповторимым. И помните: когда я говорю «индивидуальность», я имею в виду не эгоизм. Эгоист всегда является частью толпы. Эго – это сумма всех мнений о вас, которые вы собрали от других, и поэтому оно очень противоречиво. Иногда оно говорит вам, что вы некрасивы, уродливы; иногда оно утверждает, что вы прекрасны, чудесны; иногда оно говорит вам, что вы глупец, а иногда – что вы мудрец, и все это потому, что в разных ситуациях о вас было сказано столько всего, и вы все это накопили.
Эго всегда в страдании, но оно является ложным образованием. Только кажется, что оно существует, но в действительности его нет.
Когда вы становитесь индивидуальностью… Слово «индивидуальность» прекрасно, оно означает «неделимый». Индивидуальность означает то, что невозможно разделить, разъединить, расколоть на части – две или несколько, – то, что является абсолютно целостным, неразделимым. Тогда вы индивидуальность. Она не имеет ничего общего с эго, эго – это препятствие на пути к индивидуальности, потому что эго постоянно разделено. Ко мне приходят множество людей, и я спрашиваю у них: «Вы счастливы?» Они пожимают плечами. «Вы несчастливы?» – снова спрашиваю я, и они опять пожимают плечами. Они не могут определить, в каком состоянии находится их ум, потому что внутри них существует одновременно множество разных состояний ума, на каждый вопрос им хочется ответить сразу и «да», и «нет».
Я слышал об одном политике, который страдал разделением личности, у него была начальная стадия шизофрении. Его положили в больницу. Даже в самых простых вопросах он не мог принять решения, он был чрезвычайно нерешителен: идти в ванну или не идти, есть или не есть, надеть эту одежду или другую – самые простые, обычные дела. И что бы он ни решил, это вызывало в нем чрезвычайные терзания. Его лечили в больнице шесть месяцев, и потом доктора решили, что он уже здоров. Они сказали ему: «Можете идти. Теперь вы в полном порядке, проблемы миновали. Вы тоже так считаете?» – «И да, и нет», – ответил он.
Эго всегда множественно, оно никогда не бывает единым. Из-за того что оно собрано от стольких людей, оно просто не может быть единым.
Как-то я путешествовал по стране с одним другом. Он всегда носил с собой свой фотоаппарат. Когда мы приехали в Гималаи, он интересовался не Гималаями, а тем, чтобы сделать фотоснимки. Ночью светила полная луна, мы смотрели на Тадж Махал, а он был занят фотографиями. Через несколько минут я спросил его: «Что ты делаешь? Перед тобой Тадж Махал, а ты даже не смотришь на него. Ты все время беспокоишься только о снимках – выйдут они или нет, правильно ли падает свет…»
Он ответил: «А зачем беспокоиться о Тадж Махале? Чуть позже я сделаю красивый альбом всего нашего путешествия и смогу спокойно сесть и посмотреть».
Это «кодакомания» – больше интересоваться снимками, чем реальностью. Интересуйтесь больше реальностью. И как только ваш ум будет пытаться вытолкнуть вас из реальности – в картинки, воображение, мечты – станьте бдительными и возвращайтесь. Возвращайтесь к настоящему моменту.
Раньше сюда приходил один врач, который приехал из Пуны. Он постоянно что-то записывал; всегда, когда я говорил, он делал записи. Я сказал ему: «Когда я говорю, постарайся это понять». Он ответил: «Но записывать – это хороший метод, потому что позже дома, в спокойной обстановке, я смогу это просмотреть и понять».
Этот человек никогда не сможет понять то, о чем я говорю, потому что это не имеет отношения к записям, это передача определенного видения. Он ни разу не взглянул на меня, потому что все время был занят своей тетрадью. И я не думаю, что ему удавалось даже что-то записать, потому что, пока он записывал, я говорил уже что-то другое – и он это упускал. Его записи были просто некими фрагментами, и когда позже он попытался сделать из них целое, это было