Читаем Пока любовь не оживит меня полностью

– Тебе это было необходимо, – Ред дотрагивается до моего плеча, словно желает успокоить волнение, которое я почему-то испытываю. Но, как только он понимает, что все смотрят на нас, то тут же мрачнеет и прячет руку под столом.

– Вообще-то, мы не закончили, – напоминает о себе Джо, расположившийся по левую сторону от меня. Устало перевожу на него взгляд.

– Что ещё ты хочешь выяснить? – Интересуюсь у него.

– Хочу добиться прощения. Я же не виноват, что так всё случилось. Всё пошло не по плану.

– А когда у тебя что-то шло по твоему идиотскому плану? – Приподнимаю брови, а справа от меня раздаётся смешок.

– Она права, Джо. Твои планы приносят бурные последствия, а нам бы их избежать, – вставляет Ред.

– То есть вы теперь заодно? Против меня? Это возмутительно. Я здесь самый нормальный. Мёрл, скажи им! – Джо указывает на нас, давящихся смехом.

– Что им сказать, мой котёночек? – Домоправительница ласково поглаживает взрослого мужчину по волосам, что совершенно не подобает последнему.

– Чтобы отдали тебе лопаточку? Или не разрушали твои куличики? Могу их поставить в угол, но, к сожалению, мальчик мой, они и оттуда выберутся, – после слов Мёрл я уже не в силах сдерживать смех.

Хохочу, и ко мне присоединяется Ред, а затем и Мёрл, но Джо складывает руки на груди, недовольно сверля нас взглядом.

– Всё, принимайтесь за пищу, а я пошла отдыхать. Ох, нет, забыла, – Мёрл быстро летит к раковине и срывает полотенце, затем возвращается к нам и повязывает под ещё более громкий смех импровизированный слюнявчик Джо.

– Вот теперь всё, мой малыш не испачкает рубашечку, – она треплет его за подбородок, а я вытираю слёзы с глаз.

Мы продолжаем смеяться, когда остаёмся одни, и кажется, терпение Джо на исходе. Он зло отшвыривает от себя полотенце.

– Ладно, котёночек, ты прощён. Так давно я не смеялась, ты такой милый. Он милый, да, Ред? – Произношу я, понемногу успокаиваясь.

– Тошнотворно милый, – кивает он.

– Хватит. Мне, к вашему сведению, уже…

– Четыре, да, мы знаем. Не напоминай, ты умеешь сам ходить на горшок, но не проси кормить тебя с ложечки, парень, – перебивая его, Ред указывает вилкой на брата.

– Урод, – шипит Джо, а я с улыбкой смотрю на них.

Боже, мне так хорошо и так тепло в этой компании. Пусть не всё гладко, но мне нравится быть сейчас здесь. Сидеть и завтракать, словно это моя семья. Словно ничего страшного за пределами этой комнаты не происходит. Ничего, только веселье и подтрунивание друг над другом. Увы, это тоже иллюзия. Но я бы всё отдала, чтобы обратить её в правду.

Глазунья с овощами быстро исчезает с моей тарелки, под очередную поддёвку в сторону Реда от Джо. Но на неё я лишь закатываю глаза, отпивая чай.

– Не завидуй, и на твоей улице будет праздник.

– Вашего мне с лихвой хватает, я не готов. Уволь, – улыбаясь, Джо откидывается на стуле.

– И какие планы дальше? Есть что-то ещё про Филиппа? И я всё же, хотела бы съездить к Рейчел, – как только меняю тему, волнующую больше, чем другие, так обстановка меняется. Ред откладывает приборы, а Джо опускает взгляд.

– Тебе не следует пока выходить отсюда. Разговор с Рейчел может и подождать, – отвечает Ред.

– Но если она разозлится, то есть вероятность, что скажет моему мужу о том, что меня нет в её доме, – замечаю я.

– Она неглупа, Санта. Не будет из-за прошлых обид подставлять тебя, – качает он головой.

– Но…

– Санта, он прав. Небезопасно тебе выходить отсюда, – поддакивает Джо.

– А если с Мэтью? Он может меня отвезти и вернуть обратно? Всего на десять минут?

– Если тебя увидят с Мэтью, то тебе же будет плохо. Филипп заподозрит что-то, начнёт копать и выйдет на Джоршуа. Последний – адвокат, он догадается обо всём, – поворачиваю голову к Реду.

– То есть он за мной следит? – Догадываюсь я.

– Это пока неточно, нет причин, чтобы так думать. Но осторожность не помешает. Хотя, если хочешь проверить, то вперёд, только последствия будешь разгребать сама.

– Ты тоже милый, и такой же тошнотворный сейчас. Мне хочется тебя ударить за этот снисходительный тон, – фыркаю я, передразнивая Реда.

– Теперь мы оба не в почёте, брат, – усмехается Ред.

– Я рад, что и тебе досталось. Не мне же одному отдуваться.

– Прекратите, я, вообще-то, всё слышу, – напоминаю им о своём присутствии. Но они переглядываются только им понятным взглядом, отчего внутри вскипает обида.

Только хочу ответить им, как-то поддеть обоих, но мне не удаётся это сделать. Сзади раздаются тяжёлые шаги, и на кухню врывается Мэтью. Замирая, оглядывает нас.

– Здравствуй, Санта, – кивая, подходит к столу.

– Привет, Мэтью. На тебя я тоже обижена, не смей больше носить меня на плече.

– Учту на будущее, – издаёт смешок в кулак. – Но потом, хорошо? Джаред, мне нужна твоя помощь.

– Что-то случилось? – Перевожу взгляд с одного мужчины на другого.

– Снова трубы? – Ред откладывает приборы.

– Да, текут. Не могу починить, – кивает ему Мэтью.

– А ты ещё и специалист по трубам? – Удивляюсь я.

– Он многое умеет, – за Реда отвечает Джо.

– Руки держи подальше. Оторву, – бросая предупреждение брату, Ред уходит через другую дверь, оставляя нас с Джо одних.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Стихотворения. Пьесы
Стихотворения. Пьесы

Поэзия Райниса стала символом возвышенного, овеянного дыханием жизни, исполненного героизма и человечности искусства.Поэзия Райниса отразила те великие идеи и идеалы, за которые боролись все народы мира в различные исторические эпохи. Борьба угнетенного против угнетателя, самопожертвование во имя победы гуманизма над бесчеловечностью, животворная сила любви, извечная борьба Огня и Ночи — центральные темы поэзии великого латышского поэта.В настоящее издание включены только те стихотворные сборники, которые были составлены самим поэтом, ибо Райнис рассматривал их как органическое целое и над композицией сборников работал не меньше, чем над созданием произведений. Составитель этого издания руководствовался стремлением сохранить композиционное своеобразие авторских сборников. Наиболее сложная из них — книга «Конец и начало» (1912) дается в полном объеме.В издание включены две пьесы Райниса «Огонь и ночь» (1918) и «Вей, ветерок!» (1913). Они считаются наиболее яркими творческими достижениями Райниса как в идейном, так и в художественном смысле.Вступительная статья, составление и примечания Саулцерите Виесе.Перевод с латышского Л. Осиповой, Г. Горского, Ал. Ревича, В. Брюсова, C. Липкина, В. Бугаевского, Ю. Абызова, В. Шефнера, Вс. Рождественского, Е. Великановой, В. Елизаровой, Д. Виноградова, Т. Спендиаровой, Л. Хаустова, А. Глобы, А. Островского, Б. Томашевского, Е. Полонской, Н. Павлович, Вл. Невского, Ю. Нейман, М. Замаховской, С. Шервинского, Д. Самойлова, Н. Асанова, А. Ахматовой, Ю. Петрова, Н. Манухиной, М. Голодного, Г. Шенгели, В. Тушновой, В. Корчагина, М. Зенкевича, К. Арсеневой, В. Алатырцева, Л. Хвостенко, А. Штейнберга, А. Тарковского, В. Инбер, Н. Асеева.

Ян Райнис

Драматургия / Поэзия / Стихи и поэзия