Читаем Пол Маккартни. Биография полностью

Айвен Воэн и Лен Гэрри, два мальчика, которых он знал по Институту, делили между собой басовые партии на ящике из-под чая в группе, называвшейся Quarrymen. «Айви», известный умник из потока A, занимал особое место среди его друзей: у них было общее чувство юмора и общий день рождения, 18 июня. По случаю дом Айвена на Вейл-роуд в Вултоне выходил задами на дом лидера Quarrymen Джона Леннона, с которым тот тоже близко дружил.

6 июля Quarrymen должны были играть на празднике церкви Св. Петра — приходской церкви Вултона. Айвен предложил Полу заглянуть, чтобы познакомиться с Джоном — для обсуждения возможности принятия в группу. Пол согласился, но попросил Иэна Джеймса, чтобы тот тоже подошел, полагая, что, может быть, место в группе найдется для обоих, — и немного из соображений безопасности.

Глава 5

«Мелосыр!»

Он уже знал Джона Леннона в лицо — живя лишь в четверти мили друг от друга, они никак не могли разминуться. Однако до сих пор разница в возрасте исключала любое общение. Полу только исполнилось пятнадцать, а Джону оставалось всего три месяца до семнадцатилетия. Еще ходивший в школу — едва-едва, — Джон выглядел как тедди-бой и на людях вел себя со всей полагающейся обидчивой агрессивностью. «Этот тед заходил в автобус, — потом вспоминал Пол, — и я особенно не смотрел в его сторону. А то еще двинет».

Праздник церкви Св. Петра был совсем неподходящим местом для свидания с этаким крутым парнем. Мероприятие устраивалось в основном для детей: организаторы запланировали парад лучших нарядов, выступление девочек-скаутов, а под конец должна была состояться торжественная коронация юной «Королевы роз». Главным музыкальным номером программы был военный оркестр Чеширского йоменского полка из 25 человек, однако, чтобы привлечь приходских подростков, к ним добавили и скиффл-группу. Quarrymen получили приглашение, потому что, как бы маловероятно это ни показалось, их лидер когда-то посещал здешнюю воскресную школу и даже пел в церковном хоре.

Хотя лето 1957 года в Британии выдалось восхитительно жарким и солнечным, воскресенье 6 июля оказалось облачным и влажным. Пол приехал на встречу на велосипеде, в своем пиджаке цвета овсянки с серебристой нитью и черных «дудках» минимальной ширины, какую он мог пока позволить показать отцу. Позже он признавался, что думал не столько о встрече с Джоном Ленноном, сколько о своих шансах ближе к вечеру свести знакомство с какой-нибудь юной леди.

Несмотря на близость к городу, в атмосфере Вултона было что-то деревенское. Неоготическая церковь из песчаника стояла на холме, ее 90-футовую колокольню, увенчанную четырьмя башенками, считали самой высокой точкой в Ливерпуле. Среди состарившихся надгробий на ее погосте было одно, увековечившее память нескольких членов одной семьи, в том числе:

ЭЛИНОР РИГБИ

возлюбленная жена ТОМАСА ВУДСА…

умерла 10 октября 1939 года в возрасте 44 лет

За церковью отлого спускалось поле, которое было усеяно всеми невинными атрибутами английского народного гулянья: лотками, с которых продавали домашнюю выпечку, джемы и вязаные чехлы на чайник, а также развлечениями вроде метания веревочных колец, игры в кегли и «монетки в ведре». У самого основания склона была импровизированная сцена, на которую Quarrymen выходили дважды: до и после демонстрации собак Ливерпульской городской полиции — тех самых, лай которых братья Маккартни могли регулярно слышать с территории училища за забором их садика.

Теперь наконец Пол мог рассмотреть крутого парня из 86-го автобуса во всех подробностях, не боясь возмездия. Тот носил клетчатую рубашку с джинсами и играл на уменьшенного размера гитаре со стальными струнами — намного уступавшей по солидности виолончельной формы «Зениту» Пола. Его широко поставленные глаза смотрели на юных зрителей из-под нависающего элвисовского кока с вызовом, как будто он был бы рад подраться с любым из них. В отличие от большинства скиффл-вокалистов, он не пытался звучать по-американски и пел с ливерпульским акцентом, при этом его голос уверенно прорезал окружающий гам детских голосов, позвякивающих чашек и птичьего пения.

Перейти на страницу:

Все книги серии Corpus

Наваждение Люмаса
Наваждение Люмаса

Молодая аспирантка Эриел Манто обожает старинные книги. Однажды, заглянув в неприметную букинистическую лавку, она обнаруживает настоящее сокровище — сочинение полускандального ученого викторианской эпохи Томаса Люмаса, где описан секрет проникновения в иную реальность. Путешествия во времени, телепатия, прозрение будущего — возможно все, если знаешь рецепт. Эриел выкладывает за драгоценный том все свои деньги, не подозревая, что обладание раритетом не только подвергнет ее искушению испробовать методы Люмаса на себе, но и вызовет к ней пристальный интерес со стороны весьма опасных личностей. Девушку, однако, предупреждали, что над книгой тяготеет проклятие…Свой первый роман английская писательница Скарлетт Томас опубликовала в двадцать шесть лет. Год спустя она с шумным успехом выпустила еще два, и газета Independent on Sunday включила ее в престижный список двадцати лучших молодых авторов. Из восьми остросюжетных романов Скарлетт Томас особенно высоко публика и критика оценили «Наваждение Люмаса».

Скарлетт Томас

Фантастика / Ужасы / Ужасы и мистика
Ночной цирк
Ночной цирк

Цирк появляется неожиданно. Без рекламных афиш и анонсов в газетах. Еще вчера его не было, а сегодня он здесь. В каждом шатре зрителя ждет нечто невероятное. Это Цирк Сновидений, и он открыт только по ночам.Но никто не знает, что за кулисами разворачивается поединок между волшебниками – Селией и Марко, которых с детства обучали их могущественные учителя. Юным магам неведомо, что ставки слишком высоки: в этой игре выживет лишь один. Вскоре Селия и Марко влюбляются друг в друга – с неумолимыми последствиями. Отныне жизнь всех, кто причастен к цирку, висит на волоске.«Ночной цирк» – первый роман американки Эрин Моргенштерн. Он был переведен на двадцать языков и стал мировым бестселлером.

Эрин Моргенштерн

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Магический реализм / Любовно-фантастические романы / Романы
Наша трагическая вселенная
Наша трагическая вселенная

Свой первый роман английская писательница Скарлетт Томас опубликовала в 26 лет. Затем выпустила еще два, и газета Independent on Sunday включила ее в престижный список двадцати лучших молодых авторов. Ее предпоследняя книга «Наваждение Люмаса» стала международным бестселлером. «Наша трагическая вселенная» — новый роман Скарлетт Томас.Мег считает себя писательницей. Она мечтает написать «настоящую» книгу, но вместо этого вынуждена заниматься «заказной» беллетристикой: ей приходится оплачивать дом, в котором она задыхается от сырости, а также содержать бойфренда, отношения с которым давно зашли в тупик. Вдобавок она влюбляется в другого мужчину: он годится ей в отцы, да еще и не свободен. Однако все внезапно меняется, когда у нее под рукой оказывается книга психоаналитика Келси Ньюмана. Если верить его теории о конце вселенной, то всем нам предстоит жить вечно. Мег никак не может забыть слова Ньюмана, и они начинают необъяснимым образом влиять на ее жизнь.

Скарлетт Томас

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
WikiLeaks изнутри
WikiLeaks изнутри

Даниэль Домшайт-Берг – немецкий веб-дизайнер и специалист по компьютерной безопасности, первый и ближайший соратник Джулиана Ассанжа, основателя всемирно известной разоблачительной интернет-платформы WikiLeaks. «WikiLeaks изнутри» – это подробный рассказ очевидца и активного участника об истории, принципах и структуре самого скандального сайта планеты. Домшайт-Берг последовательно анализирует важные публикации WL, их причины, следствия и общественный резонанс, а также рисует живой и яркий портрет Ассанжа, вспоминая годы дружбы и возникшие со временем разногласия, которые привели в итоге к окончательному разрыву.На сегодняшний день Домшайт-Берг работает над созданием новой платформы OpenLeaks, желая довести идею интернет-разоблачений до совершенства и обеспечить максимально надежную защиту информаторам. Однако соперничать с WL он не намерен. Тайн в мире, по его словам, хватит на всех. Перевод: А. Чередниченко, О. фон Лорингхофен, Елена Захарова

Даниэль Домшайт-Берг

Публицистика / Документальное

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

А Ф Кони , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное