Читаем Политарный («азиатский») способ производства: сущность и место в истории человечества и России. Философско-исторические очерки. полностью

В предисловии к работе «К критике политической экономии» К. Маркс, заключая данное им предельно сжатое, четкое и ясное изложение сущности исторического материализма, писал: «В общих чертах, азиатский, античный, феодальный и современный буржуазный способы производства можно обозначить как прогрессивные эпохи экономический общественной формации. Буржуазные производственные отношения, это — последняя антагонистическая форма общественного процесса производства, антагонистическая не в смысле индивидуального антагонизма, а в смысле антагонизма, вырастающего из общественных условий жизни индивидуумов; но развивающиеся в недрах буржуазного общества производительные силы создают вместе с тем материальные условия для разрешения этого антагонизма. Этой общественной формацией завершается поэтому предыстория человеческого общества»4.

Упоминание К. Марксом в числе общественно-экономических формаций азиатской формации не является случайным. Оно тесно связано с целым рядом его высказываний о «восточном обществе», о «древнеазиатских способах производства», об «эпохе азиатских и египетских царей», об особенностях общественного строя древневосточных, древнеазиатских стран5. Это не может не свидетельствовать о том, что К. Маркс в понятие «восточное общество», «азиатская формация» вкладывал какое-то определенное содержание. Какое же именно? Что имел в виду К. Маркс, когда говорил, об азиатском способе производства, что такое азиатская формация, предшествующая, по его мнению, античной (рабовладельческой) и феодальной общественно-экономическим формациям? Этот вопрос вызвал немало споров и дискуссий среди историков-марксистов.

Мы не имеем здесь возможности углубляться в детали споров, которые велись историками по вопросу об азиатской формации, да это и не является нашей задачей. Ограничимся только краткой характеристикой тех решений проблемы, которые предлагались в ходе дискуссий.

Не встретило поддержки утверждение некоторых историков, что под азиатской формацией нужно понимать первобытное, доклассовое общество, ибо из самого контекста, в котором дано спорное положение, видно, что под азиатской формацией К. Маркс понимал первую форму существовании классового общества. Кроме того, у К. Маркса имеются прямые указания на то, что под азиатской формацией он подразумевал ступень исторического развития, которая имела место в странах Древнего Востока, где раньше всего возникли классы и государство.

Вследствие этого большинство историков рассматривало проблему азиатской формации как вопрос о социально-экономическом строе Древнего Востока. Но, соглашаясь с тем, что разгадку азиатской формации нужно искать в общественно-экономическом строе древневосточных государств, историки разошлись во взглядах на экономическую структуру классового общества Древнего Востока, на характер господствовавших в этом обществе производственных отношений.

Одни из них, подчеркивая своеобразие общественного строя древневосточных стран, его отличие, как от рабовладельческого строя древней Греции и Рима, так и от феодального строя средневековой Европы, утверждали, что на Древнем Востоке существовала особая классовая общественно-экономическая формация, характеризовавшаяся особыми, только ей присущими «азиатскими» производственными отношениями, качественно отличавшимися как от рабовладельческих, так и от феодальных (не говоря уже о капиталистических) производственных отношений.

Сторонникам этой точки зрения вполне справедливо замечали, что нам известны только три антагонистические формы соединения рабочей со средствами производства, лишь три формы эксплуатации — рабовладельческая, феодальная и капиталистическая, что никакой четвертой формы — азиатской или какой-либо другой — мы не знаем, что нигде в истории человечества мы не встречаем такой формы эксплуатации, которая не сводилась бы к одной из трех выше перечисленных.

Выявление несостоятельности утверждения о существовании каких-то особых — «азиатских» — производственных отношений сделало ясным, что в странах Древнего Востока иных производственных отношений, кроме рабовладельческих и феодальных не могло быть. После этого проблема общественно-экономического строя Древнего Востока свелась для историков к вопросу о том, был ли этот строй рабовладельческим или феодальным. Соответственно упростилась для них проблема азиатской формации. Те из них, которые считали древневосточное общество феодальным, утверждали, что К. Маркс под азиатской формацией понимал восточную, азиатскую разновидность феодализма. Те же, которые объявляли строй древневосточных государств рабовладельческим, утверждали, что К. Маркс под азиатской формацией понимал примитивную форму рабовладельческого общества, специфичную для стран Древнего Востока.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих казней
100 великих казней

В широком смысле казнь является высшей мерой наказания. Казни могли быть как относительно легкими, когда жертва умирала мгновенно, так и мучительными, рассчитанными на долгие страдания. Во все века казни были самым надежным средством подавления и террора. Правда, известны примеры, когда пришедшие к власти милосердные правители на протяжении долгих лет не казнили преступников.Часто казни превращались в своего рода зрелища, собиравшие толпы зрителей. На этих кровавых спектаклях важна была буквально каждая деталь: происхождение преступника, его былые заслуги, тяжесть вины и т.д.О самых знаменитых казнях в истории человечества рассказывает очередная книга серии.

Елена Н Авадяева , Елена Николаевна Авадяева , Леонид Иванович Зданович , Леонид И Зданович

История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
10 мифов о князе Владимире
10 мифов о князе Владимире

К премьере фильма «ВИКИНГ», посвященного князю Владимиру.НОВАЯ книга от автора бестселлеров «10 тысяч лет русской истории. Запрещенная Русь» и «Велесова Русь. Летопись Льда и Огня».Нет в истории Древней Руси более мифологизированной, противоречивой и спорной фигуры, чем Владимир Святой. Его прославляют как Равноапостольного Крестителя, подарившего нашему народу великое будущее. Его проклинают как кровавого тирана, обращавшего Русь в новую веру огнем и мечом. Его превозносят как мудрого государя, которого благодарный народ величал Красным Солнышком. Его обличают как «насильника» и чуть ли не сексуального маньяка.Что в этих мифах заслуживает доверия, а что — безусловная ложь?Правда ли, что «незаконнорожденный сын рабыни» Владимир «дорвался до власти на мечах викингов»?Почему он выбрал Христианство, хотя в X веке на подъеме был Ислам?Стало ли Крещение Руси добровольным или принудительным? Верить ли слухам об огромном гареме Владимира Святого и обвинениям в «растлении жен и девиц» (чего стоит одна только история Рогнеды, которую он якобы «взял силой» на глазах у родителей, а затем убил их)?За что его так ненавидят и «неоязычники», и либеральная «пятая колонна»?И что утаивает церковный официоз и замалчивает государственная пропаганда?Это историческое расследование опровергает самые расхожие мифы о князе Владимире, переосмысленные в фильме «Викинг».

Наталья Павловна Павлищева

История / Проза / Историческая проза