Читаем Политическая история Франции XX века полностью

Объединения, возникшие во Франции в начале XX в., не сразу приобрели отчетливое организационное оформление. Их интересы разделяли далеко не все политические и государственные деятели. Многие из них представляли мелкие течения и группировки или вообще были независимыми. Среди французских политиков периода Третьей республики наряду с радикалами и социалистами встречались умеренные республиканцы, республиканцы-оппортунисты, независимые социалисты и т.д. За период своей карьеры отдельные политики покидали ряды одного объединения и примыкали к другому, причем порой прямо противоположного толка. Так радикалы и социалисты иногда переходили в правый лагерь. Внутри каждой отдельной партии, как правило, существовало несколько направлений. В связи с этим вполне уместными были и такие определения политиков, как «правый радикал» или «левый республиканец». Представителей партий Демократический альянс и Республиканская федерация часто называли просто правыми, хотя в их рядах находились республиканцы разного толка.

Еще в 1895 г. была основана крупнейшая профсоюзная организация Франции — Всеобщая конфедерация труда (ВКТ). Следуя по пути классовой борьбы, ВКТ спустя некоторое время перешла на позиции анархо-синдикализма. Высшей формой организации рабочего класса анархо-синдикалисты считали именно профсоюзы (синдикаты). Они подчеркивали необходимость классовой борьбы против капитализма путем «прямого действия» — стачки, бойкот, саботаж, но отвергали диктатуру пролетариата и руководящую роль политических партий рабочего класса.

Экономическое развитие

В начале XX в. Франция оставалась аграрно-индустриальной державой. 56% населения страны проживало в деревнях. По темпам промышленного развития Франция отставала от США и Германии, а по некоторым показателям — от Англии и России. Такое положение сложилось отчасти из-за последствий франко-прусской войны 1870—1871 гг. Она нанесла значительный урон хозяйству страны. По заключенному после войны Франкфуртскому миру Франция потеряла Эльзас и Лотарингию — две наиболее развитые промышленные области, а также выплачивала Германии огромную денежную контрибуцию.

В экономике Франции доминировала легкая промышленность: швейная, текстильная, кожевенная. Она значительно опережала традиционные отрасли французской тяжелой промышленности: металлургическую, горнодобывающую и химическую. В стране наряду с продолжающими развиваться бумажной, полиграфической и пищевой появились и новые отрасли экономики — электроэнергетика, авиационная и автомобильная промышленность, судостроение. Сельское хозяйство шло по пути развития как земледелия, так и животноводства.

Концентрация производства и капитала привела к созданию крупных монополий, игравших решающую роль в хозяйственной жизни страны, и формированию финансового капитала. Объединение «Комите де Форж» производило 3/4 чугуна и стали страны, «Комите дез Уйер» практически полностью монополизировало добычу угля. Концерн «Сен-Гобен» господствовал в химической промышленности. Пять крупнейших банков во главе с Французским банком распоряжались 2/3 общей суммы вкладов в стране.

Основу промышленности Франции составляло мелкое производство. Около 60% французских рабочих трудились на мелких предприятиях, занимавших не более 10 человек. Крупные, хорошо оснащенные предприятия были немногочисленными. Высокие таможенные пошлины защищали французских предпринимателей от иностранной конкуренции, что стояло на пути расширения производства. Замедленность темпов промышленного развития при высокой степени концентрации финансового капитала привела к тому, что французская буржуазия предпочитала размещать свободные капиталы за границей. Вывоз капитала стал главной особенностью французского капитализма первой половины XX в.

Заграничные капиталовложения Франции чаще всего представляли собой не производительный, а ссудный капитал, обычно в форме государственных займов, размещаемых главным образом в Европе. Перед Первой мировой войной объем французских капиталовложений за границей в полтора раза превышал капиталовложения в промышленность и торговлю самой Франции. 65% французского экспортного капитала приходилось на Европу, в том числе почти 30% — на Россию.

Французская крупная буржуазия получала от вывоза капитала огромные прибыли. Доходы от него имели и представители мелкой буржуазии и рабочего класса, вкладывавшие свои сбережения в облигации иностранных займов и другие ценные бумаги. Общее число держателей французских ценных бумаг составляло 4-5 млн человек. Из них не менее 2 млн относилось к разряду рантье — людей, живших на доходы от ценных бумаг. Вместе с семьями они составляли 10—12% населения страны, поэтому Францию накануне Первой мировой войны часто называли «государством рантье».

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих казней
100 великих казней

В широком смысле казнь является высшей мерой наказания. Казни могли быть как относительно легкими, когда жертва умирала мгновенно, так и мучительными, рассчитанными на долгие страдания. Во все века казни были самым надежным средством подавления и террора. Правда, известны примеры, когда пришедшие к власти милосердные правители на протяжении долгих лет не казнили преступников.Часто казни превращались в своего рода зрелища, собиравшие толпы зрителей. На этих кровавых спектаклях важна была буквально каждая деталь: происхождение преступника, его былые заслуги, тяжесть вины и т.д.О самых знаменитых казнях в истории человечества рассказывает очередная книга серии.

Елена Н Авадяева , Елена Николаевна Авадяева , Леонид Иванович Зданович , Леонид И Зданович

История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
100 великих литературных героев
100 великих литературных героев

Славный Гильгамеш и волшебница Медея, благородный Айвенго и двуликий Дориан Грей, легкомысленная Манон Леско и честолюбивый Жюльен Сорель, герой-защитник Тарас Бульба и «неопределенный» Чичиков, мудрый Сантьяго и славный солдат Василий Теркин… Литературные герои являются в наш мир, чтобы навечно поселиться в нем, творить и активно влиять на наши умы. Автор книги В.Н. Ерёмин рассуждает об основных идеях, которые принес в наш мир тот или иной литературный герой, как развивался его образ в общественном сознании и что он представляет собой в наши дни. Автор имеет свой, оригинальный взгляд на обсуждаемую тему, часто противоположный мнению, принятому в традиционном литературоведении.

Виктор Николаевич Еремин

История / Литературоведение / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии