Таким образом, несмотря на то что в ряде европейских государств уже сейчас на конституционном уровне отдельно закрепляется принцип недискриминации по признаку сексуальной ориентации, Конституция РФ не содержит прямого указания на запрет ограничений прав и интересов граждан по признаку сексуальной ориентации. Однако перечень признаков запрещенной дискриминации является открытым, неназванные признаки входят в «другие обстоятельства», что дает возможность говорить также о запрете дискриминации по признаку сексуальной ориентации1. В отличие от ряда в том числе международных документов, завершающих перечень признаков запрещенной дискриминации термином «и иных социальных факторов» или «принадлежности к иной социальной группе», Конституция РФ использует более благоприятный термин «другие обстоятельства». Конечно, указание на социальный характер дискриминирующего основания может быть подвергнут критике в отношении гомосексуальности, которая (как может утверждаться) основывается не столько на социальном, сколько на естественно-биологическом. Вопрос о социальном характере гомосексуальности может возникнуть в российском контексте применительно к решению вопроса о возможности ограничения прав в связи с гомосексуальностью. Дело в том, что в принципе права и свободы человека могут ограничиваться, но лишь постольку, поскольку ограничение сформулировано в федеральном законе, а также необходимо в целях защиты нравственности, здоровья и т. п. Однако любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности запрещаются. И вот здесь возникает проблема: можно ли рассматривать сексуальную ориентацию в качестве разновидности социальной принадлежности гражданина. Ответ на этот вопрос, разумеется, следует искать не в недрах юриспруденции, а в смежных науках — социологии, психологии и др.
Социальный характер гомосексуальности имеет значение и в иных, более конкретных, вопросах. Так, Конституция РФ запрещает пропаганду или агитацию, возбуждающие
1 На это указывают и ведущие теоретики в области конституционного права. См., например: Конституция Российской Федерации: Постатейный научно-практический комментарий / коллектив авторов под рук. О. Е. Кутафина // http:/ constitution.garant.ru/DOC_3866952.htm#sub_para_N_2000.
Кроме того, как подчеркивалось при анализе международных источников, равенство прав мужчины и женщины также может иметь значение для правового регулирования положения лиц с нетрадиционной сексуальной ориентацией (вопросы доступа к вспомогательным репродуктивным технологиям, права и обязанности лиц, изменивших хирургическим путем свой биологический пол и др.).
Запрещается любая дискриминация в трудовых отношениях (ст. 37 Конституции РФ). Ст. 38 говорит о государственной защите семьи, при этом определение семьи не содержится ни Конституции РФ, ни в Семейном кодексе РФ. Более того, если положения семейного законодательства распространяются лишь на определенный круг субъектов, обладающих особым статусом, признанным государством (мать, ребенок, муж и т. д.), и, таким образом, охраняемая семья в аппарате семейного законодательства ограничена по субъектному составу, в Конституции РФ признаков семьи не содержится, а потому любая семья (в том числе состоящая из гомосексуальных партнеров) должна защищаться государством.
Говоря о конституционных нормах, закрепляющих основы правового положения граждан России, применительно к ЛГБТ, нельзя не обратиться и к основному процессуальному механизму соблюдения Конституции — деятельности Конституционного суда РФ (далее — КС РФ). Полномочия, порядок образования и деятельности КС РФ установлены Конституцией РФ, а также Федеральным конституционным законом «О Конституционном Суде Российской Федерации». К полномочиям КС РФ относится, в частности, разрешение дел о соответствии Конституции РФ законодательства РФ, субъектов РФ, а также подзаконных актов, рассмотрение жалоб граждан на нарушение конституционных прав и свобод граждан. К настоящему времени КС РФ изучил две жалобы, касающиеся соблюдения прав лиц гомосексуальной ориентации. В обоих случаях итоговым документом выступили определения об отказе в принятии жалоб к рассмотрению, однако ряд выводов, положенных в основание такого решения, имеет значение для понимания официального подхода российской власти к проблеме ЛГБТсообщества.