Конечно, есть исключения, в частности врожденная непереносимость алкоголя, которая встречается у некоторых японцев и передается из поколения в поколение. У них отсутствует фермент, позволяющий превращать ацетальдегид — токсичный продукт переработки алкоголя — в уксусную кислоту. Следовательно, ядовитый ацетальдегид быстро и в больших количествах накапливается в организме. Как только такой человек употребляет алкоголь, он краснеет, потеет, у него учащается сердцебиение и начинает болеть голова. Людям с этой аномалией в каком-то смысле повезло: им становится настолько плохо после пары бокалов, что вряд ли они смогут употреблять спиртное регулярно и тем более в больших количествах!
Удивительное исследование было также проведено командой профессора Карен Караян Райан в Цинциннати, США, на мышах, которым проводили гастрэктомию — такую же операцию по уменьшению желудка, которую делают людям, страдающим ожирением, чтобы вызвать снижение веса. Одна группа мышей была генетически модифицирована — они лишились гена, кодирующего фарнезоидный X-рецептор (FXR), который участвует в метаболизме (обратном всасывании) желчных кислот, вырабатываемых печенью. В отличие от мышей из второй группы, которые имели этот ген и похудели после гастрэктомии, мыши из первой группы продолжали набирать вес, несмотря на операцию.
Микробиота
Микробиота кишечника, также называемая кишечной микрофлорой, — это совокупность микроорганизмов, бактерий, часто называемых микробами, которые обитают в нашей пищеварительной системе. Эти состоящие из единственной клетки крошечные живые существа настолько многочисленны (порядка ста тысяч миллиардов), что составляют 1,5 кг нашего веса, то есть весят столько же, сколько и печень. Они живут с нами в полном симбиозе, взаимодействуют с нашими печенью, мозгом и всем организмом, даже влияют на наше поведение. Они поддерживают наше здоровье, помогают переваривать пищу и укрепляют иммунитет.
Также они способны преобразовывать определенные токсичные продукты, которые мы поглощаем, делая их безвредными. А еще они производят множество соединений, которые позволяют им взаимодействовать с нашим мозгом. Именно из-за кишечной флоры мы часто говорим, что наш живот — это наш второй мозг!
В INSERM мне посчастливилось возглавить исследовательскую группу, которая занимается долгосрочными исследованиями. Некоторые из них касаются именно взаимодействий печени и микробиоты.
В середине 2000-х годов мы провели первое французское исследование взаимоотношений микробиоты с алкоголем. Одновременно я вел клиническую работу в больнице, что вносило в мою деятельность некую оригинальность. Никогда не забуду, как наматывал километры между моим отделением и исследовательской группой на улице Карне в Кламаре с пакетиками, заполненными калом пациентов, которые злоупотребляли алкоголем. Все были заинтригованы моими перемещениями, но высокая конкуренция и секретность, в которых проводились исследования, не позволяли мне никому объяснить то, что со стороны казалось странной причудой. Однако я знал, что нахожусь на верном пути, и стремился довести исследование до конца, хотя оно было долгим и часто вызывало досаду, ведь, прежде чем получить научное доказательство, приходится ждать результатов, подтверждать их, анализировать их снова и снова.
Мы разделили образцы кала на три группы: те, что принадлежали алкоголикам с печенью в хорошем состоянии, те, чьи «хозяева» имели легкое поражение печени, и, наконец, принадлежащие пациентам, чья печень была сильно повреждена алкоголем.
На первой стадии исследования стала очевидна связь между поражением печени и наличием определенных бактерий в желудочно-кишечном тракте. Но было неясно, как работала эта связь: заболевание печени влияло на бактерии, или конкретные бактерии вызывали поражение печени, или и то и другое одновременно?
На второй стадии исследования мы взяли бактерии, которые, как предполагалось, играли роль в возникновении поражения печени, и пересадили их мышам, выращенным в стерильных условиях, то есть никогда ранее не имевшим контакта с бактериями. Этот процесс у нас получил название «гуманизация мышей»[16]
. Одной группе мышей ввели бактерии от пациентов с очень сильно поврежденной печенью, а другой группе — бактерии от тех, чья печень была в полном порядке. И тех и других животных мы заставили пить раствор спирта, и результаты оказались невероятными: мыши, которым были введены бактерии алкоголиков, страдающих заболеванием печени, заболели. Те, кто получил бактерии алкоголиков со здоровой печенью, остались здоровыми. Иными словами, чувствительность печени к алкоголю была передана мышам не генетически, а определенными бактериями, присутствующими в пищеварительной системе.