Читаем Понятие права полностью

Аргумент, который здесь критикуется, призван доказать фундаментальное тождество правил, дающих власть, и принудительных приказов, путем расширения области значения термина «санкция» или «угроза наступления негативных последствий так, чтобы они включали в себя ничтожность правового действия в случае невыполнения соответствующих правил. Второй аргумент, к рассмотрению которого мы переходим, подходит к делу с другой, и даже противоположной, стороны. Если в первом случае предпринимается попытка показать, что эти правила являются подвидом принудительных приказов, то во втором случае данным правилам вообще отказывают в правовом статусе. С этой целью сужается само понятие «право». Общая форма этого аргумента, встречающаяся в более или менее крайних формах у различных юристов, сводится к утверждению, что подобного рода правила, о которых в обыденной речи говорят как о полноценных правилах, на самом деле являются несовершенными фрагментами принудительных правил, которые и являются «настоящими» законами.

Правила, дающие власть, как фрагменты законов

В своей наиболее радикальной форме этот аргумент отказывает даже правилам уголовного права в том виде, как они обычно формулируются, в статусе настоящих законов [20]. Именно в таком виде он принимается Кельзеном: «Право — это первичная норма, которая определяет (stipulates) санкцию»[15]. Не существует закона, запрещающего убийство: есть лишь закон, предписывающий должностным лицам применять определенные санкции в соответствующих обстоятельствах к тому, кто убивает. С этой точки зрения то, что обычно понимается как содержание закона, призванного руководить поведением рядовых граждан, является лишь антецедентом или придаточным условным предложением (ifclause) в правиле, которое адресовано не к ним, а к должностным лицам, и требует от последних применения соответствующих санкций, если выполнены конкретные условия. Все реальные законы, таким образом, представляют собой условные предписания должностным лицам по применению санкций. Все они выражены в следующей форме: «Если нечто вида X совершено, или упущено, или случилось, то примени санкцию вида Y».

Посредством все более подробной разработки этого антецедента или условного положения, правовые правила любого типа, в том числе и правила, дающие право и определяющие способ осуществления частной и публичной власти, могут быть переформулированы в виде подобного условного предложения. Так, положение Закона о завещаниях, требующее наличия двух свидетелей, может выступать в качестве общей части множества различных указаний судам по применению санкций к душеприказчику, который в нарушение условий завещания отказывается выплачивать наследства: «Если, и только если, существует завещание, засвидетельствованное должным образом и содержащее эти условия, и если...то к нему должны применяться санкции». Аналогичным образом, правило, определяющее объем судебной юрисдикции, является общей частью условий, которые должны быть выполнены прежде, чем применена санкция. Также и правила, предоставляющие законодательные полномочия и определяющие порядок и форму законодательной деятельности (включая положения конституции, относящиеся к высшему законодательному органу), могут быть переформулированы и представлены в качестве определения некоторых общих условий, для исполнения которых (кроме всего прочего) суды должны применять санкции, указанные в статутах. Таким образом, эта теория требует от нас выявления сущности закона, которая затемняется его формой. Далее мы увидим, что конституционные формы, такие как «все, что Королева постановляет в Парламенте, является законом», или положения Конституции США относительно правотворческих полномочий Конгресса, только уточняют основные условия, при наличии которых судами применяются санкции. Эти формы оказываются по своей сути условиями (if-clauses), а не полноценными правилами: фразы «если Королева в Парламенте постановила...» или «если Конгресс в пределах, установленных Конституцией, постановил...» являются формами условий, общих для многочисленных указаний судам по применению санкций либо наложению взысканий за определенные виды поведения.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Права водителя 2014. Как противостоять недобросовестному гаишнику? С таблицей штрафов
Права водителя 2014. Как противостоять недобросовестному гаишнику? С таблицей штрафов

После того как серьезно ужесточились меры ответственности за нарушение водителями правил дорожного движения, по мнению автора книги, наступила НОВАЯ ЭПОХА В ДОРОЖНОМ ДВИЖЕНИИ РОССИИ. Так как защита прав водителей – одно из направлений профессиональной деятельности Дмитрия Усольцева, он в удобной форме «вопрос – ответ» дает практические (жизненные) советы со ссылкой на правовую базу о том: как инспектор ДПС выбирает, какую машину ему остановить, и в каких случаях он имеет на это право? когда инспектор может изъять права? как проходит медосвидетельствование? как себя вести при ДТП? где можно и нельзя парковаться? предусмотрено ли наказание за владение и использование «мигалок-крякалок»? можно ли затемнять стекла и как сильно, и о многом другом (техосмотре, аптечках и так далее).Книга учитывает все изменения в законодательстве, действующие в 2014 году.

Дмитрий Александрович Усольцев

Автомобили и ПДД / Юриспруденция / Техника / Образование и наука
Философия права. Учебник для вузов
Философия права. Учебник для вузов

Настоящий учебник посвящен философии права. В нем освещаются общие проблемы философии права как отдельной самостоятельной научной и учебной дисциплины, а также основные этапы, направления и концепции всемирной истории философии права, философии права в России, развития зарубежной философии права в XX в. Значительное место уделено философско-правовому анализу доктрины и практики социализма, современного состояния и перспектив развития российского общества, права и государства.Учебник написан на основе лекций, прочитанных автором в Академическом правовом университете при Институте государства и права РАН.Для студентов, аспирантов и преподавателей юридических, философских и других вузов и факультетов, а также для всех читателей, интересующихся проблемами философии и права.

Владик Сумбатович Нерсесянц

Философия / Юриспруденция / Образование и наука