Мужчина повел меня по оживленной улице, мучая томительным ожиданием ответа. Я очень хотела знать его имя, попробовать его на вкус. Будет ли оно таять на языке, как сладкое мороженое в знойный летний день, или обжигать горло подобно пряному вину?.. Ох, и почему мне в голову лезут подобные сравнения?.. Хотя я знаю, почему. Неведомая сила вновь толкала мне прижаться сильнее, и я едва сдерживалась, потому что вокруг слишком много людей, а еще это неприлично. В глубине души я бы даже хотела, чтоб прямо сейчас Ксандр увидел нас и узнал меня, чтобы единственный и очень хлипкий барьер между нами был бы сломан… и тогда я бы смогла с чистой совестью принадлежать зеленоглазому незнакомцу. От мыслей я сконфузилась. Он же ничего, по сути, мне не предлагал. Просто сделал банальный комплимент и сейчас ведет гулять в плату за вещи. И ничего более. На что ещё я могу рассчитывать?.. Может, он вообще женат, а со мной решил развлечься. Прибью тогда гада. Прокляну. Испорчу жизнь…
— На самом деле, мы уже встречались когда-то давно, просто не хотелось напоминать при вашей служанке, — наконец расплывчато ответил мужчина. Он вёл меня довольно быстро и зачем-то постоянно оглядывался назад, будто боялся слежки. — Неужели вы меня не вспомнили?
— С этим сложно, — отвела взор я. Этот горящий лукавством взгляд действительно трудно забыть. — Из-за недавней травмы я вообще ничего не помню. Поэтому расскажите мне об этом.
Как же мне надоело всем это объяснять. Проще уж зайти в местный аналог органов ЗАГС и переименоваться в имя «Ничего Не-Помню», а фамилию взять «Отвалите».
Мужчина остановился, словно молнией пораженный. Заботливо осмотрел меня, и не найдя видимых повреждений, стал хмурым.
— Быть может, вам предписан постельный режим? — озаботился он.
— Наоборот, — повеселела я, довольная его реакцией. — Доктор сказал, что мне нужны долгие прогулки, чтобы память ко мне окончательно вернулась.
— Как это с вами случилось? — озабоченно продолжал мужчина, будто игнорируя просьбу поведать о нашем знакомстве. Что-то мелькнуло в его взгляде, и оно немного испугало.
— Неважно, — растерянно ответила я, чувствуя себя в виноватой в чем-то, о чем ещё не знала. — Может быть, расскажу, но после вас.
— Ах, знакомство, да? На самом деле, я не хочу говорить лишь потому, что надеюсь, вы вспомните сами, — выкрутился он. Вот интриган хитрожопый. Ну что же, я тоже так умею.
— В таком случае, я тоже надеюсь, что вы узнаете об обстоятельствах моей травмы самостоятельно, — повела губами я.
— Как скажете, милая леди, — неоднозначно произнёс мужчина, а потом добавил: — Может, это даже к лучшему. Хотел бы я потерять память, чтобы вновь пережить некоторые вещи. Например, первую любовь.
Он мечтательно взглянул на небо, не переставая вести меня под руку. Удивительно, и как он с поднятой головой умудрялся ловко обходить лужи и следить за дорогой, да еще и оглядываться назад?
— Так как? — вновь поинтересовалась я. Имя. Мне нужно было имя, иначе как я буду его называть в эротических фантазиях перед сном?
— Эмиль, — ответил мужчина и зыркнул пристально на меня, да так, что у меня затряслись коленки. Что-то знакомое было в этом имени, оно по-особому откликалось в сердце. Было в моем эмоциональном состоянии рядом с мужчиной что-то волшебное, я бы даже сказала — больное, а потому воспринималось мной как ненормальное, с чем я должна бороться, но не могла. Никогда в жизни не чувствовала подобного от обычного разговора с человеком, и теперь происходящее стало даже немного пугать. Я не показала, но захотелось убежать, спрятаться от волны чувств, которой меня нещадно прибивало к этому мужчине, и одновременно не хотелось отпускать его руку больше никогда в жизни.
— К сожалению, я вряд ли вспомню, — слабо улыбнулась я, пока внутри меня цунами разрушало остатки ледяного панциря, которым после измены бывшего было защищено мое сердце.
— Отчего же? — мужчина подвел меня к булочной, и запах так сильно ударил в нос, что мой желудок решил издать противный звук. Блин. Я проголодалась… как не вовремя. Или вовремя? Мне не придется отвечать на неудобный вопрос.
Мужчина, услышав зов желудка, остановился около булочной.
— Не будете против, если я вас угощу?
— Не буду, — улыбнулась я, предчувствуя сладкий вкус выпечки. Эмиль открыл мне дверь в булочную, и я с удовольствием зашла и стала разглядывать ассортимент. На самом деле, не густо, но меня сейчас устроит что угодно, а потому я выбрала самую дешевую булку и, когда мы вновь оказались на улице, жадно вонзила в нее зубы, оторвала кусок, а остальное свернула и убрала. Как будто неделю не жравши…
Эмиль смотрел на меня удивленными глазами, но в них не было и капли отвращения. Воровато оглянувшись, чуть наклонился ко мне, набившей щеки, и прошептал:
— Моргните, если дома вас держат на голодном пайке.
От смеха я чуть не выплюнула содержимое рта, но сдержалась, отрицательно покачала головой.
— Нет, но вместе с памятью пропали и манеры, — усмехнулась я. — Извините за это.