Понимая, что не сможет нормально и тем более без последствий, атаковать своих противников, Григорий стремглав бросился в левую от них сторону, тем самым стараясь разорвать дистанцию и заставить их хоть немного скучковаться. И стоит отметить, что это ему, от части удалось.
Лишь только один из жнецов, с подпаленной мордой, кинулся за Гришей, но даже он отстал от него на добрых метров десять. Остальные неживые, немного скучковавшись, только собирались последовать за ним. Пользуясь этим, Григорий было хотел ворожить огненную стрелу, но прежде чем начал это делать, он обратил внимание, что почти не чувствует своей левой руки, а единственное, что действительно ощущает, так это неприятную боль в плече.
—
Григорий уже видел наиболее вероятную линию удара своего противника. Наискось, слева вниз, за которым скорей всего последует горизонтальный удар, справа налево. Корпус парня качнулся вперёд, а в следующую секунду он уже был возле мертвеца и с силой рубанул по несущейся на него косе, отсекая её лезвие практически у его основания. А затем, прямо в движении наполняя меч аурой, рассёк черепушку жнеца пополам.
Собратья мертвяка были уже почти на расстоянии удара, когда Гриша отпихнул его труп, освобождая свой клинок из его тушки, в которую тот проник до самой грудины. В тоже время, где-то на периферии, за спинами жнецов, он заметил, как гном, матерясь и ругаясь, отбивается от напирающих на него рыцарей. Лёлик, так же завяз со скелетами рыцарями, они явно теснили его, но он пока вполне успешно отбивался от них.
—
Но с другой стороны, Григорий уже привык к этому, он никогда не мог планировать сражения. У него было слишком мало опыта для этого. Поэтому он всегда реагировал и предпринимал то, что требовала та или иная ситуация.
Вот и сейчас отчётливо зная, что для того, чтобы разрубить оружие жнецов ему не хватает лишь базового использования ауры, Григорий подготовился к нанесению все рассекающего удара. А дальше, заметив, что самый левый из нападающих жнецов, замахнулся через своё правое плечо, парень рванул к нему.
Заклинание, усиливающее тело, всё ещё работало, хотя Гриша и беспокоился, что оно может иссякнуть в самый неподходящий момент. Но в тоже время обновить его он тоже не мог, поэтому постарался просто поднажать на свои мышцы и оказаться возле жнеца как можно быстрей, при этом он не жалея направил в свои ноги дополнительную внутреннюю энергию. Неприятной, но терпимой болью, кольнуло в голенях и бёдрах, и парень, почти в тоже мгновение оказался возле жнеца.
Не Григорий, не младший жнец этого не ожидали, от чего последний чуть не налетел на парня, но тот вовремя среагировав и чуть уклонившись от несущегося на него мертвяка, вскользь рубанул тому по спине. Рассекая пополам его туловище.
—
Пользуясь моментом парень, игнорируя боль в ногах, бросился к ним. На ходу он влил в клинок ауру и таки успел рубануть ещё одного из жнецов, прежде чем последний из них развернувшись, попытался отсечь ему голову.
В этот раз Григорий уже не отпрыгнул, а скорей отшатнулся от несущегося лезвия косы, чуть не упав при этом. Что-то было явно не так, ноги всё хуже себя вели, и понимание этого совершенно не радовало его.
—
Превозмогая всё нарастающую боль, Григорий, стараясь твёрдо стоять на ногах, сделал несколько шагов навстречу жнецу, который вновь замахнувшись, стремился наискось рубануть по парню. Клинок почти автоматом взметнулся навстречу лезвию косы, и, встретившись с ним, рассёк его. Одновременно с этим Гриша сместился немного в сторону, чтобы не получить древком по голове. А затем, перехватив клинок и наполнив его аурой, сделал выпад, пронзив черепок жнецу.