Читаем Попутный ветер перемен полностью

«Лилька, всё в порядке, я отлично устроилась. Буду у тебя завтра». – Варя написала эсэмэску, подошла к зеркалу и поправила волосы.

«…мне бы хотелось увидеть вас в платье, на крайний случай в юбке…»

Отчего-то стало важно, как она выглядит сейчас. Вернее, как она выглядела в тот момент, когда владелец гостиницы просил её об этом. Матвей. Трудно понять, подходит ему имя или нет, но пока произносить его трудно: и язык спотыкается, и в душе непокой перемешался с дурацким смятением.

– Нормальная комната, – переключая мысли в другое русло, весело произнесла Варя. – Уютная каморка, как я и хотела.

«В гостинице должны быть другие гости. На-деюсь, я увижу их за ужином. Есть же ещё комнаты на первом этаже…»

* * *

Варя спустилась вниз минут через двадцать, голод уже ёрзал в животе, и очень хотелось закидать его чем-нибудь вкусным. Собственно, любой бутерброд с горячим чаем был бы кстати, но гораздо лучше – яичница с помидорами и мягкий чёрный хлеб.

Она и не подумала переодеться, наоборот, чувствовала себя весьма комфортно в узких чёрных брюках, чёрной майке и мягкой бежевой кофте на молнии. Однако, спускаясь по лестнице, Варя всё же представила себя в длинном платье, сверкающем даже от тусклого света ламп. Она бы смотрелась хорошо. Победно. И выдержала бы любой экзамен.

В холле никого не оказалось, но из смежной комнаты доносилась еле слышная музыка. Мелодия, напоминавшая ту, что грезилась в электричке, коснулась сердца и полетела дальше, унося с собой каплю грусти и сожаления. «Завтра мы всё же нарядимся с Лилькой – непременно! Не зря я везу платье и шампанское».

Можно представлять разные картины, вытаскивать из памяти книжные эпизоды, вычитать и складывать, но когда на первый план выходит реальность, то иногда удивляешься гораздо больше, чем прочитанному или надуманному.

Стол был накрыт на двоих.

Тарелки, приборы, зелёный салат без причуд, лаконичная сырная тарелка с апельсинами, блюдо, похожее на омлет с овощами, хлеб, черри, стаканы с водой, бутылка вина и бокалы на высоких тонких ножках практически говорили: «Добро пожаловать на ужин, милости просим».

Хозяин гостиницы сидел в глубоком кресле у окна, облокотившись на потрёпанный подлокотник, подперев щёку кулаком, и смотрел на Варю. Сам-то он переодеваться к ужину не собирался – всё те же джинсы, свитер. Никаких перемен в торжественную сторону не наблюдалось.

– Приятного аппетита. – Матвей указал на стул, поднялся, подхватил бутылку вина и легко открыл её штопором.

– Ужинать будем только мы? – уточнила Варя, догадываясь, каким будет ответ.

– Да.

– В вашей гостинице редко сдаются номера?

– Вообще не сдаются.

– Почему?

– Она закрыта. Если бы вы прочитали объявления, прилеплённые и к окну, и к двери, вы бы об этом знали.

Слова прозвучали совершенно спокойно: ни одна буква не дрогнула, не подскочила, не вспыхнула ярким пламенем. Матвей повторно указал на стул и, дождавшись, когда Варя сядет, устроился напротив. Будто к нему постоянно стучатся в дверь и просят ночлега, и ещё никто никогда не прочитал объявлений, или прочитал, но подумал: а вдруг? Они стучатся, звонят, он открывает, жарит омлет – и это происходит каждую среду или пятницу…

Варе на мгновение показалось, что время остановилось и она находится в фантастическом мире, чем-то похожем на мир Льюиса Кэрролла. «С ума сойти. Из всех гостиниц я выбрала именно эту. Мне срочно требуется Чеширский Кот».

– На двери не было объявления.

– Наверное, его сорвал ветер перемен. Такое случается иногда.

Варя попыталась вспомнить в подробностях, как вышла из такси, направилась к гостинице… Возможно, на окне и висела какая-то бумага… А на асфальте рядом с урной валялся мусор… Глупо выскакивать на улицу и проверять… Теперь-то уж что… Судьба, видимо, долго колдовала над этим днём: неожиданности и сюрпризы бегут, подскакивая, как вагончики паровозика.

– Но почему вы сразу не сказали?

– И куда бы вы пошли? На дорогу ловить машину? – Матвей разлил вино по бокалам и заглянул Варе в глаза. – Зачем?

Она не отвела взгляда, и некоторое время они сидели неподвижно, смотря друг на друга. Как всё просто объясняется, и как много ещё непонятного. Ужин на столе, будто они давно не виделись и вот встретились…

«Ты меня ждал?»

«Как долго ты не приходила».

Смешно же, нелепо даже, а в голову всё лезут и лезут расплывчатые картинки с отдалёнными звуками и голосами. Еле уловимые мурашки бегут по спине вверх, тепло касается щёк, губ, исчезает, вспыхивает, кружится, заставляет опустить глаза.

Пыль теперь объяснима, но в одной-то комнате горел свет. Кого ждал хозяин гостиницы поздно вечером или кто от него ушёл?

Варя бесшумно вдохнула, выдохнула и взяла вилку, та звякнула о край тарелки, нарушив молчание. Что здесь делает хозяин гостиницы и почему выглядит усталым? Всё время щурится – ему мешает свет? «На вампира не слишком-то похож», – пошутила Варя, представляя, как расскажет Лильке о ночи, проведённой в странном месте с не менее странным человеком. Или пора сбежать?

– Я могла вызвать такси и уехать. Наверняка поблизости есть гостиницы.

Перейти на страницу:

Все книги серии С праздником! 8 Марта. Рассказы о любви [антология]

Сократите меня, Владимир Семенович!
Сократите меня, Владимир Семенович!

«Нет, не ради оплаты я дежурю Восьмого марта. Я одинокий человек, а праздники – настоящее испытание для таких людей, особенно Международный женский день, когда тебя никто не поздравляет, и 23 февраля, когда тебе некого поздравить, и Валентинов день… И Новый год я тоже не люблю, пожалуй, больше всех прочих радостных дат не люблю за почти физическое ощущение уходящей жизни, за печальное признание того факта, что позади остался очередной одинокий год, несмотря на все загаданные прошлой новогодней ночью под ёлочкой желания найти спутника жизни и на контрольный бокал шампанского, выпитый под звон курантов. Правда, в этом году я наконец не стала ничего загадывать. Безжалостная статистика в совокупности с личным опытом свидетельствует, что никакому Деду Морозу не под силу найти хорошего мужа для тридцативосьмилетней женщины…»

Мария Владимировна Воронова , Мария Воронова

Проза / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Проза прочее

Похожие книги

Вор
Вор

Леонид Леонов — один из выдающихся русских писателей, действительный член Академии паук СССР, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии. Романы «Соть», «Скутаревский», «Русский лес», «Дорога на океан» вошли в золотой фонд русской литературы. Роман «Вор» написан в 1927 году, в новой редакции Л. Леонона роман появился в 1959 году. В психологическом романе «Вор», воссоздана атмосфера нэпа, облик московской окраины 20-х годов, показан быт мещанства, уголовников, циркачей. Повествуя о судьбе бывшего красного командира Дмитрия Векшина, писатель ставит многие важные проблемы пореволюционной русской жизни.

Виктор Александрович Потиевский , Леонид Максимович Леонов , Меган Уэйлин Тернер , Михаил Васильев , Роннат , Яна Егорова

Фантастика / Проза / Классическая проза / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Романы
Убийство как одно из изящных искусств
Убийство как одно из изящных искусств

Английский писатель, ученый, автор знаменитой «Исповеди англичанина, употреблявшего опиум» Томас де Квинси рассказывает об убийстве с точки зрения эстетических категорий. Исполненное черного юмора повествование представляет собой научный доклад о наиболее ярких и экстравагантных убийствах прошлого. Пугающая осведомленность профессора о нашумевших преступлениях эпохи наводит на мысли о том, что это не научный доклад, а исповедь убийцы. Так ли это на самом деле или, возможно, так проявляется писательский талант автора, вдохновившего Чарльза Диккенса на лучшие его романы? Ответить на этот вопрос сможет сам читатель, ознакомившись с книгой.

Квинси Томас Де , Томас де Квинси , Томас Де Квинси

Проза / Зарубежная классическая проза / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Проза прочее / Эссе
Усы
Усы

Это необычная книга, как и все творчество Владимира Орлова. Его произведения переведены на многие языки мира и по праву входят в анналы современной мировой литературы. Здесь собраны как новые рассказы «Лучшие довоенные усы», где за строками автора просматриваются реальные события прошедшего века, и «Лоскуты необязательных пояснений, или Хрюшка улыбается» — своеобразная летопись жизни, так и те, что выходили ранее, например «Что-то зазвенело», открывший фантасмагоричный триптих Орлова «Альтист Данилов», «Аптекарь» и «Шеврикука, или Любовь к привидению». Большой раздел сборника составляют эссе о потрясающих художниках современности Наталье Нестеровой и Татьяне Назаренко, и многое другое.Впервые публикуются интервью Владимира Орлова, которые он давал журналистам ведущих отечественных изданий. Интересные факты о жизни и творчестве автора читатель найдет в разделе «Вокруг Орлова» рядом с фундаментальным стилистическим исследованием Льва Скворцова.

Владимир Викторович Орлов , Ги де Мопассан , Эммануэль Каррер , Эмманюэль Каррер

Проза / Классическая проза / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее