Ив машинально вскрыла конверт. Оттуда выпал белый листочек и спланировал на ковер. Это был чек с прикрепленной к нему запиской, и Ив, не веря своим глазам, несколько раз перечитала ее.
— Ив, — встревоженно окликнула Марти, — надо расписаться за доставку… да что с тобой?
«Сожалею, что сегодня вечером ты не расположена навестить меня. Надеюсь, примешь чек и забудешь обиды. Может быть, в следующий раз не откажешься встретиться?»
Подписи не было, но Ив хорошо разобрала имя на чеке.
— Постойте, — потребовала она звенящим от ненависти и гнева голосом. Пальцы, обретя неожиданную силу, рвали чек и записку, пока в руках Ив не осталась груда клочков. Она аккуратно сложила все в конверт и вручила ошарашенному посыльному.
— Отдайте это тому, кто вас послал. Ответа не будет.
Эффектный, театральный жест — слабое утешение, но к чему все это? По силам ли ей выполнить задуманное? И чем это для нее обернется? Марти все равно ее не поймет. Станет спорить, с беспощадной логикой приводя неопровержимые аргументы, объясняя Ив губительные последствия ее порыва.
— Поезжай на работу. Соври, что попала в автокатастрофу и ударилась лицом. Почему бы тебе не попросить своего дружка-мозгокопателя прописать тебе транквилизаторы? Ив, выброси из головы все, что произошло!
Ив казалось, что голова у нее вот-вот взорвется. Тоска и злоба боролись с отчаянием, но она упрямо твердила:
— Я должна… неужели не видишь, надо что-то делать?
Наконец Марти, исчерпав все доводы, выложила последний козырь:
— Хорошо. Собираешься настоять на своем? Позвони Дэвиду. Он ведь адвокат, не так ли? И Бог свидетель, просто обязан дать тебе бесплатную консультацию, после того, что… В общем, позвони! Вот увидишь, что он скажет.
Ив подняла глаза на возвышавшуюся над ней Марти и заплакала.
— О Боже, — повторяла она, понимая, что проиграла. —
Но судьба решила за нее. Дала шанс разделаться с прошлым. Будущее казалось ослепительно прекрасным.
Неделю спустя Ив сидела в самолете, уносившем ее в Нью-Йорк. Она до сих пор так и не успела опомниться и сообразить, что произошло. Они уже пролетели едва ли не половину страны, а Ив продолжала тупо пялиться на одну и ту же страницу «Мейнлайнер». Рассеянно прислушиваясь к звучавшей в наушниках музыке, она силилась понять, каким образом все так удачно обернулось.
Можно сказать, она сорвала куш, выиграла главный приз! Везение, невероятное, немыслимое, случай, который выпадает раз в жизни! Именно то, о чем она подспудно так долго мечтала. Несколько последних суматошных дней, проведенных в лихорадочных сборах, не оставили ей времени призадуматься. Возможно, она просто гнала от себя невеселые мысли.
Ну а теперь… ох, если бы удалось хоть немного расслабиться! Успокоиться, вспомнить бесплатные советы Питера, поспешно выданные напоследок по дороге в аэропорт.
— Повезло же тебе, Ив! Но старайся с этого дня не оглядываться, смотреть только вперед, крошка! И ни о чем не жалей. Надеюсь, и я стану героем твоего шоу, когда наконец выйдет моя книжка?
Марти помогла ей сложить вещи, но не сумела проводить — надо было возвращаться в Лос-Анджелес, «поговорить с продюсером насчет съемок, дорогая». Неужто Марти наконец освободилась от Стеллы?
Стелла, которая познакомила ее с Дэвидом. Забудь Дэвида! Он тоже остался в прошлом! Всю последнюю неделю Ив не включала телефон, а Дэвид не приехал. Ладно, так тому и быть! Лучше вспоминать
— Садись, беби, — пригласил Эрнест, красный от подавляемого возбуждения. — Иначе просто упадешь от неожиданности.
Ив едва не потеряла сознание. Это не может быть правдой! Чья-то дурацкая шутка. Жестокий розыгрыш. Но Эрни был совершенно серьезен.
— Я получил официальное письмо, подписанное самим президентом телекомпании. С тех пор как Бэбс Барри ушла из шоу «Продолжение следует», ей никак не могли найти замену. Ведущую, из которой можно сделать новую Барбару Уолтерс. Так вот, детка, кто-то увидел
Телефонный звонок от одного из вице-президентов телесети подтвердил слова Эрни. Ее хотели попробовать на роль телеведущей в шоу «Продолжение следует», потребовали срочно явиться в Нью-Йорк и дали неделю на сборы.
Вот почему Ив было некогда задуматься над происходящим, и теперь она летела — представить только, первым классом! — в Нью-Йорк.