Давным-давно из Германии в Японию приехал профессор Герригель, учиться стрельбе из лука. В своей стране он был лучшим лучником. Но в Германии стрельба из лука – это просто спорт, соревнование, в Японии же – особый вид искусства. Многие говорили об этом, но никто не мог объяснить, чем же отличается японское искусство от германского. За этим Герригель отправился в Японию.
С первых мгновений обучения у японского Мастера Герригель оказался растерян. Он легко попадал в любую мишень, он мог пять стрел вогнать одну в другую. Правда, он иногда и промахивался, но все же такими результатами никто не мог похвастаться. Герригеля по праву (в Европе) можно было считать великим лучником, но японский Мастер лишь качал головой:
– Не то, не верно! Ты не естественен. В тебе нет легкости. Поток жизни, радость от того, что ты живешь, не проходит через тебя свободно. Главное – это не стопроцентное попадание в цель, не обойти в меткости таких же лучников, как ты. Главное – быть простым и естественным, гармоничным с внутренним и внешним потоком жизни.
Герригель не мог понять этого. Он вроде бы естественен, радостен, а разве не так? Но Мастер раз за разом повторял ему:
– Забудь об обязательном поражении цели. Но помни о легкости и естественности, и тогда ты получишь все, что желаешь.
Герригель старался, старался, но однажды не выдержал:
– Простите меня, Мастер, но я больше не могу. Я не могу понять, чего же вы от меня хотите. Я здесь уже три года, процент моих попаданий в цель увеличился. И, наверное, более метко, чем я, в мире больше никто не стреляет. Но вы говорите, что я ни на шаг не продвинулся в Мастерстве, и очень далек от настоящей Победы. Я не могу всего этого понять, поэтому завтра я уезжаю обратно в Германию.
Мастер ответил:
– Хорошо, но окажи старику одну любезность. Зайди завтра ко мне попрощаться. Выпьем чаю на дорожку.
На следующее утро Герригель пришел прощаться. Мастер, как всегда, занимался с учениками. Герригель в ожидании присел на скамейку.
Впервые за три года Герригель не беспокоился о том, чтобы быть простым и естественным. Его не волновали слова и ожидания Мастера. Он не стремился соответствовать, быть лучшим. Сегодня все это не было его заботой. Герригель расслабленно сидел и наблюдал за Мастером, одновременно с этим наслаждаясь теплым утренним солнышком и приятными прикосновениями легкого ветерка, еще сохранившего бодрящую прохладу ночи.
Вот Мастер поднял лук. В Герригеле не было ни капли напряжения, поскольку происходящее особо не заботило его. Поэтому он смог увидеть не только то, что делает Мастер, но и то, как он это делает. Мастер стоял, совершенно расслабленный и спокойный. Казалось, что его вовсе не волновало – попадет он в цель или нет. Возможно, что главным для Мастера было оставаться таким же естественным и легким. Важным было это, а не цель и точность попадания. Герригель был поражен изяществом и красотой движений Мастера, и внезапно он понял все, о чем Мастер говорил ему все эти три года.
Герригель молча встал, взял лук и стрелу. Мастер отошел в сторону, казалось, что он ждал этого, поэтому даже ни о чем не спросил. Герригель поднял лук и спокойно, легко и изящно пустил стрелу. И она попала точно в цель!
Мастер спросил:
– Теперь ты Знаешь?..
– Да, Мастер, разница, по сравнению с моей предыдущей стрельбой, огромна. Три года я старался, стремился соответствовать, попадать, опережать, и от всех этих забот и переживаний очень сильно уставал. Я был напряжен, все мое внимание, все мои силы и энергия были направлены на то, чтобы поразить цель, чтобы не оказаться в числе «отстающих». Мне лишь казалось, что я был легок и естественен, но на самом деле все это я пережил только сегодня.
Мастер с радостью ответил:
– Сегодня в тебе не было беспокойства, ты ни с кем не соперничал, даже сам с собой. Сегодня ты был процессом, ты не был привязан к мертвому результату – ты свободен от него. Ты просто двигался в нужном тебе направлении. Три года обучения закончились для тебя, ты продолжаешь двигаться дальше: эмоционально свободно от каких-либо результатов, спокойно и уверенно, туда, куда двигаться хочешь. Удачи тебе! До свидания.