Что это такое? И кто бы это мог быть? И несмотря на то что ответ мог быть только один, разум взбунтовался и упорно отказывался даже про себя произнести это имя.
Моментальный перенос со знакомым хлопком, и я стою на небольшой песчаной площадке, окруженной скалами, уходящими ввысь.
А напротив меня стояла Света, все такая же, ни капли не изменившаяся. Смотрит с холодом и какой-то жалостью. Стоило уловить это в ее глазах, как внутри проснулась ярость.
– Так и думала, что это будешь ты. Даже опасалась, стоит ли пытаться тебя останавливать. Но ты оказался так жалок, всего лишь двадцатый уровень. Чего ты хочешь добиться? Или ты думаешь, что что-то остановит меня от того, чтобы размазать тебя по песку?
Она топнула ногой, а каблуки, до этого пытавшиеся провалиться в песок, отскочили от него, как от гранитной мостовой. Все чувства отбросить в сторону, ее губы кривятся, продолжая что-то говорить, но я ничего не слышу. Передо мной стоит та, ради которой я вернулся в игру, кого хотел найти все это время. Какие-то эмоции вспыхивают внутри, но гаснут так быстро, что я даже не успеваю понять, что это. Хочу что-то сказать, а язык не шевелится. Извиниться? Договориться о встрече? Ударить? Высказать все, что я о ней думаю? Развернуться и уйти? А что собирается сделать она? И в голове с готовностью вспыхнула картинка: уходящая вдаль фигура и тугими толчками выплескивающаяся из горла кровь.
Я не хочу умирать! К черту все остальное – казалось, эта мысль начала биться в каждой клеточке моего тела. Я не хочу умирать! У нее пятидесятый уровень, и не важно, как она обошла условие про сотый уровень, но у меня только двадцать первый, и это очень большая разница. Что я могу сделать? Произошло то, к чему я шел последние четырнадцать месяцев: я встретил ее и оказался не готов. Наверно, надо сказать спасибо, что эта встреча произошла в Джи. Мне это было нужно. Разобраться в своих чувствах. И все встало на свои места: в игре между нами будет только смерть, а в жизни только игра. Все остальное и препятствиями-то не назвать. В игре я буду убивать тебя, Света, при первой возможности, я стану твоей Немезидой, а в жизни я хочу опять почувствовать на шее твое дыхание и…
Сейчас, правда, придется отложить эти планы на будущее, победить шансов просто нет, остается только умереть с честью. Посмотрел на своего фантома-петуха, действительно, жалко, похоже, даже это вряд ли получится. Хотя какой же это петух? Раньше я видел его из-за забора, лишь верхнюю часть, а сейчас смог рассмотреть все тело. От благородной птицы у него была только голова с подозрительно выпученными глазами, тело скорее бы подошло ящерице, две лапы – жабе или лягушке, а извивающийся хвост – змее. В голове пролетел длинный ряд ассоциаций и вспыхнуло слово:
– Василиск.
– Василиск, окамени ее, – блин, как коряво звучит, надеюсь, этого хватит, чтобы использовать окаменение. Черт, я даже не уверен, что он вообще умеет это делать. Хотя василиск же, какая еще у него может быть особая атака?
В этот момент Светка замерла, а над ее головой замигал значок дебаффа. И пусть мой фантом на порядок слабее своих собратьев по уровню, но и Светка всего лишь пятидесятого. В прямом столкновении она бы расправилась с ним за пару ударов, а так у меня появился шанс.
Глава 11
На вкус
Иногда так бывает: ты уже совсем потерял веру, но потом происходит что-то, и ты понимаешь, что вот он, шанс. И ни за что человек не сражается более яростно, чем за то, что он уже успел потерять.
В голове замелькали варианты боя, а тело, не теряя времени, выхватило бластер.
Некогда думать, много это или мало. Шаг вперед: еще не до конца понимаю зачем, но чувствую, что важно сократить дистанцию.
Шаг вперед.
Шаг вперед.
Тренировки ловкости не прошли зря: выстрелы ложатся кучно и дают криты. Шаг вперед.