спутались от чего-то мокрого, а стену, под которой лежало обмякшее тело, покрывали
красные пятна.
- Охотница.
Архангел двинулась вперед. Платье багрового цвета тесно облегало пышную грудь, ткань
юбки свободно развивалась, а разрез на левом бедре открывал стройные ноги. Микаэлла
выглядела ослепительно. Но сегодня... Елена сглотнула. Её платье было не багряным, а
белым. Кровь пропитала его, и в некоторых местах мокрая ткань липла к телу. Лицо
Микаэллы было чистым, прямые волосы блестели, но ногти покрывал слой засохшей
крови. Архангел несла с собой смерть.
- Я пришла увидеть ребенка.
Елена не стала заблуждаться на счет Микаэллы, думая, что она оправдываться. Нет, она
заявляла о своей воле. И охотнице стоило пропустить ее, но, помимо безобразия в одежде,
во всем облике Микаэллы было что-то невообразимо жестокое. Что-то, что не должно
находиться рядом с беззащитным ребенком.
- Ты получила разрешение на посещение? - спросила Елена, сжимая рукоятку пистолета,
лежащего в кармане штанов.
Микаэлла махнула рукой в сторону Елены, как уже делала однажды. Но в этот раз
Рафаэля не было рядом, чтобы ее остановить. Щека охотницы окрасилась кровью, на коже
появился разрез, словно сделанный бритвой.
- Мне не нужно ничье разрешение, - архангел медленно улыбнулась и добавила: - Ты
знаешь, что даже на теле бессмертного можно оставить шрамы?
Елене показалось, что на секунду в глазах Микаэллы мелькнуло что-то странное -
вспышка красного. Но, посмотрев вновь, она увидела лишь ослепляющие ярко- зеленые
радужки.
- Возможно, ты и не причастна к ранениям Сэма, - ответила Елена, вытягивая пистолет, -
но он находится под защитой Рафаэля. Если ты появишься в таком виде, то перепугаешь
мальчика.
Микаэлла проигнорировала вторую часть заявления Елены.
- Ты ждешь, что Рафаэль тебя спасет? - звонко рассмеялась она. - Они с Илией полетели
проверить противоположную часть Убежища. Похоже, появился слушок, что там нашли
тело ангела.
- Да неужели?
Елена послала гордость к чертям собачьим и мысленно позвала на помощь, надеясь, что ее
архангел в пределах слышимости.
Микаэлла передернула плечами.
- Я сейчас же увижу ребенка.
В ту же секунду Елена оказалась прижатой к стене. Её голову отбросило назад. Она
прикусила губу от удара, а перед глазами все поплыло. Охотница сопротивлялась
невидимой силе, прижимающей ее к каменной стене, и моргала, пытаясь прояснить
зрение. С глухим стуком ее пистолет упал на пол.
- Ах, у тебя кровь, - Микаэлла мягко коснулась губ Елены в жутком поцелуе с привкусом
жестокости...и чего-то ещё. Она ощутила аромат мускуса, орхидей...а поверх всего резкий
запах кислоты. Внутри Елены ужас раскрыл свои уродливые крылья. Ведь именно этот
запах - кислота с примесью солнечного света - не принадлежал Микаэлле. Так пах
архангел, казненный в чернильно-черном небе над Манхэттеном. И Урам удерживал
Микаэллу достаточно долго, чтобы успеть вынуть сердце. Вот тут возникал вопрос: что
же он в нее вложил?
- Я могу убить тебя прямо сейчас, - промурлыкала архангельша прямо Елене в губы, - но,
думаю, будет намного увлекательней наблюдать, как Рафаэль от тебя устанет.
Елена ощутила ещё один порез, уже на второй щеке. Запах железа наполнил воздух, пока
Микаэлла своими словами заставляла кровоточить сердце Елены:
- Тогда ты станешь просто мясом - легкой добычей для любого, кто пожелает
испробовать, каков на вкус обращенный ангел. У нас будет много времени, чтобы
поиграть.
Мгновение спустя архангел ушла. Она пронеслась по коридору алым водоворотом, а ее
слова все еще отдавались эхом в голове Елены. Но сейчас значение имел лишь Сэм.
Микаэлла находилась в таком состоянии, что могла причинить физический вред
мальчику. Казалось, здравый смысл совсем её покинул, и ею овладело желание
садистских удовольствий.
Чувствуя неистовый страх за жизнь мальчика, Елена тщетно боролась с удерживающими
её невидимыми цепями. Мимо нее со сверхъестественной скоростью промчались Гален и
Вэном.
- Твою ж… - совсем не женственно вскрикнула она, когда сила, прижимающая её к стене,
исчезла почти в то же мгновение. Елена поднялась на ноги, схватила пистолет и понеслась
вслед за нами... а затем резко остановилась за несколько метров от Микаэллы. Гален стоял
напротив архангельши, из нескольких порезов на лице и теле текла кровь. Вэном
поднимался на ноги, в углу на стене обсыпался камень и остался отпечаток от его тела.
Кровь капала с его лица, но глаза превратились в гипнотизирующие золотисто-зеленые
щели - кобра выбиралась наружу.
Микаэлла уставилась на Галена и спросила:
- Думаешь, я причиню ребенку вред?
- Ты уже совершила насилие в месте исцеления.
Елена резко втянула воздух - вокруг крыльев Микаэллы появилось слабое свечение.
Господи Иисусе.
- Если высвободишь эту силу здесь, - проговорила охотница сквозь начинающие