- Нет! - вскрикнула я, но Колин был сильнее. Метал беззвучно прорезал грудь и вонзился глубоко в сердце. - Нет, Колин, нет! Это ведь только фильм! Мы не убивали Луиса, я никогда не смогла бы его убить, слышишь, никогда! Он жив! Он жив, Тильманн находиться рядом с ним. И я никогда не целовалась с Анжело. Всё это монтаж, ничего больше, сборка, это даже не мои губы, разве ты не заметил? Это только фильм! О Боже, Колин, нет ... это всё не по-настоящему ...
Музыка закончилась и тени на стенах исчезли. Слишком поздно. Слишком поздно ... Крича от напряжения, я вытащила нож из его груди. Мне удалось сделать это лишь при второй попытке, так крепко он застрял в теле. Я отбросила его в сторону, чтобы быстро стянуть порванную рубашку с плеч. Рана кровоточила - кровь была красной. Красной и тёплой, не голубоватой. Пронзительный рокот его тела стал тише, при этом постоянно замедляя свой ритм.
- Нет ... - Я провела кончиками пальцев по ране, как будто могла таким образом закрыть её. Она всегда была там, ничто не сможет её исцелить.
- Да, - прошептала он. - Не настоящее. Только фильм. Обман. Как и я. Точно так же, как и я. Поэтому я не смог это увидеть ... Ты была хороша, Эли ... очень хороша ...
Рокот пугающе-глухо вырывался из его тела. Руки расслабленно покоились рядом с головой, лицо почти такое же белое, как и подушки. Я в панике провела рукой по его подмышкам. Они были тёплыми, но почему тогда утихал рокот? Я прислушалась, опустив ухо к его груди. Мои волосы упали вниз и задели его голую кожу.
- О небо, Лесси ... - Колин больше не мог говорить громко, только ещё тихо шептать. Жизнь покидала его. Я удивлённо смотрела на то, как вокруг его сосков образовались мелкие мурашки, крошечные светлые пункты. Он замёрз?
- Я чувствую тебя ... твои волосы щекочут. Я наконец-то могу тебя чувствовать ...
- О чём ты говоришь? - Я так сильно дрожала, что стучали зубы. Изо рта капала кровь. - Колин, оставайся со мной, пожалуйста! Оставайся со мной! Скажи мне, что ты чувствуешь!
Но его глаза закрылись, в то время, как блаженная улыбка разгладила жёсткие черты лица.
- Я не настоящий. Я был всего лишь обманом. Подделкой. Я не мог ничего чувствовать. Разве ты этого не поняла? Я так часто намекал ... - Ему пришлось остановиться, чтобы собраться с новыми силами - последними силами. Я прижала ухо к его груди, в которой стало тихо. Рокот накатывал теперь лишь нерегулярно и так нерешительно, что я почти его не слышала. - Я Мар. Мы не можем чувствовать. Мы неспособны чувствовать, только поэтому мы и похищаем ... Я никогда не чувствовал прикосновение твоих рук ... никогда ... только теперь ...
- Но ты реагировал на меня - то, что ты утверждаешь, этого не может быть! Я точно видела ... - О чём он только говорит?
- Да, я реагировал на тебя. Потому что ты чувствовала меня и потому что тебе это нравилось. Твоё желание, было моим желанием, твоя боль, моей болью, твоя радость, моей радостью. Это хорошо, что я умираю, потому что я был никем, я был ничем ... меньше чем ничем ... Но для этого одного мгновения ... - Рокот затих. Его голод был удовлетворён. - Для этого одного мгновения оно того стоило. Всё. Я чувствовал твои прикосновения.
- Нет Колин, я тебе не верю! Не за что не поверю, такого не может быть! И ты не умрёшь, ты не умрёшь сейчас! Ты меня понял?
Я ударила его по лицу и в грудь, но он не переставал улыбаться, такой счастливый, вялый и удовлетворённый. Он должен открыть глаза ...
- Посмотри на меня, Колин, пожалуйста посмотри на меня!
- Нет. - Его губы почти уже не двигались.
- Ты должен это сделать, так как делал всегда, потому что в твоих глазах я видела чувства, они были там!
Разве он однажды не сказал мне сам, что он чувствующее существо? Была ли это просто ложь? «Чувствующее существо», ответил он после паузы, когда я спросила его, что во имя Бога он такое. Но в моей памяти так же внезапно и ясно всплыло дополнение, которое он добавил. «А это не само собой разумеющееся» Он чувствовал только потому, что чувствовала я ... так много чувствовала ...
- Это были твои чувства, Лесси, - прочитал Колин в последний раз мои мысли. - Не мои. Если ты видела мои чувства, ты видела себя. Только себя. Я был твоим зеркалом ... Ты увидела и полюбила саму себя. Хорошо, что ты сделала это, но тебе нужен мужчина с характером ... тебе ... тебе ... - Слабый вздох сорвался с его открытого рта. В отчаяние я поцеловала его. Он больше не реагировал, его слова звучали только ещё в моей голове. - Я не мог рассказать тебе об этом, потому что тогда ты бросила бы меня, а потом ...
- Я больше не смогла бы тебя убить, знаю, знаю, - ответила я, хорошо понимая, что это не единственная причина. Моё присутствие сделало его человеком. - Ты не можешь ничего чувствовать? Я в это не верю ...