Мэгги дважды перечитала записку. Ее скуку и грусть как рукой сняло, и, к тому же, у нее появилась идея – отправиться на берег и набрать красивый букет сухих цветов и травы. Он будет потрясающе смотреться на их праздничном столе и напоминать о Кейт.
Мэгги кинула грустный взгляд на конверт и вдруг, к своему удивлению, обнаружила, что на нем не было марки. Неужели Кейт была сейчас в Сильвер Бэй? Мэгги задумалась. Голоса дедушки и Мэв доносились снизу из кладовки, где они, судя по исходившему оттуда запаху, чистили серебряную посуду. «Если пойти и спросить сейчас у дедушки про Кейт, – размышляла Мэгги, – то он, наверняка, посадит меня есть полдник и будет расспрашивать про школу, а потом еще и не отпустит гулять…»
Тедди точно бы не отпустил. Ведь отец посадил ее под домашний арест.
Однако Мэгги считала, что ее ни к чему было держать под домашним арестом. Ведь она всегда была очень осторожна. Она никогда бы не села в машину к незнакомому человеку. Да и вообще… ведь отец запретил ей ездить к их дому, но она и не собиралась ехать к дому, она просто хотела набрать травы и цветов где-нибудь в окрестностях, у маяка. Это не должно было занять много времени. Мэгги решила, что будет крутить педали своего велосипеда изо всех сил и обернется мигом – так, что никто даже и не успеет ее хватиться. Даже Тедди, который мог вернуться с минуты на минуту.
Вспомнив о брате, Мэгги подумала, что в списке того, за что она должна была испытывать благодарность, она непременно поставила бы Тедди на первое место. С тех пор, как умерла мама и отец стал пропадать на работе целыми днями, брат старался заменить ей обоих родителей. Он был такой заботливый, серьезный и сильный, как настоящий взрослый. Возвращаясь из школы, он всегда первым делом шел к сестре в комнату и спрашивал, как у нее дела. Он беспокоился и заботился о ней. Он так ее любил.
Мэгги вздохнула. Знал ли он, как она его любит? Этот букет она хотела собрать, в первую очередь, для него.
Забежав наверх в свою комнату, Мэгги спрятала записку Кейт в ящик для особо ценных вещей и, схватив складной ножик, сунула его в карман. Он мог пригодиться для срезания твердых стеблей. Ну, и вообще… мало ли для чего еще.
Глава 22
На этот раз дом О'Рурков произвел на Кейт такое же впечатление, как и в то утро, когда она впервые сюда приехала: он был аккуратный, приветливый и уютный. Сквозь новое зеркальное стекло в дом проникал мягкий свет осеннего дня.
Когда они вошли в гостиную, взгляд Кейт скользнул по морским пейзажам на стене и семейным фотографиям, расставленным на пианино. На одной из них она узнала улыбающуюся Салли Кэрролл. Рядом с ней стояла красивая изящная женщина с яркими голубыми глазами. Обе они были в белой теннисной форме и держали золотой кубок. Этот спортивный трофей красовался в гостиной на камине, и на нем были выгравированы имена и дата: Тереза О'Рурк и Салли Кэрролл, чемпионы клуба, 15 сентября, 1999.
Кейт кинула взгляд на Джона, но он уже вел собак по лестнице на второй этаж. Она сняла берет и последовала за ним. Смеясь, они наполнили большую ванну водой и закатали рукава. Собаки, почувствовав, что их ожидает, забрались под кровать в комнате Джона.
– Эй, зачем вы туда залезли?