«Ну… объект числится за Меньшиковыми как родовой военный полигон. Это вся информация, что там есть. Даже её пришлось поискать, на общих картах стоит пометка родовой военной базы, чтобы люди случайно не заезжали».
За этим разговором мы покинули опасную зону. Впрочем, на заставе один из военных ликвидаторов преградил путь.
— Стоять, что везёте?
— Уставшие тела и разумы, — не нашёлся я, что ещё ответить на наглый тон.
— Что в сумках — мародёрствуете?
Военные смотрели на нас с презрением, несколько рук уже лежало на кобурах.
— Соня, покажи паспорт, — я вздохнул, сняв шлем. — Её дом сильно пострадал.
Носивший сержантские погоны ликвидатор шагнул вперёд и почти выхватил книжечку из рук, весьма грубо посветил фонариком в лицо Сони, сравнив с фотографией.
— И что? Спешивайтесь, конвоируем вас якобы к месту жительства, товарищи мародёры.
— Хотите поговорить с полковником Морозовым насчёт того, что задерживаете устранивших ядро стигмы за то, что девушка везёт собственную одежду?
— Вы? — он громко расхохотался, как будто красуясь перед другими. — Таких клоунов я ещё не встречал! Быстро слезли и мордами в землю или уложу вас сам! Обыскать их, всё вплоть до задниц проверьте, мало ли что ещё украли!
На нас откровенно наставили оружие. И это уже точно превышение полномочий. Впрочем, к нам подошёл человек и рявкнул таким командным голосом, что младший состав вытянулся по стойке смирно.
— Что здесь происходит?
— Мародёры, товарищ капитан! Отказываются подчиняться!
— Погасивший стигму ликвидатор и жительница из разрушенного здания с вещами, — я показал фотографию на телефоне. — Можете связаться с полковником Морозовым, спросить про виконта Соколова.
Сержант попытался что-то ответить, но капитан прервал его жестом, посмотрев на телефон, вскинул брови и достал рацию. Попросил связать его Морозовым и через несколько секунд получил необходимое подтверждение. Ну а сержантик стал бледнеть, осознав, что довыделывался, решив показать друзьям, какой он крутой.
— П-прошу прощения, я-я не ожидал… работа такая…
Ну а я молча включил запись с диктофона, сделанную требующей расправы Сирин. У меня запрос был попроще.
— Оскорбление дворянской чести и превышение полномочий. Мне придётся подавать в суд или вы разберётесь?
— Разберёмся, господин Соколов, — капитан отдал честь. — Благодарю за проявленный героизм. Быстрое устранение стигм — ключ к минимизации ущерба.
Он почти торжественно вручил паспорт сжавшейся Соне и я покатил дальше. Через камеру дрона тем временем наблюдал, как капитан впечатал в сержанта такой апперкот, что тот отрубился на обочине. У девушки сзади тем временем зазвонил телефон.
— Привет, братишка. Я в порядке! Ты где сейчас? Эм… — она чуть наклонилась ко мне. — Господин, как вам будет удобнее…
— Он, небось, где-то около этой дороги ждёт? Лучше встретимся.
Девушка тут же передала ему, чтобы ждал. Впереди была ещё одна застава — там, где шоссе пересекается с другими автомагистралями. Гражданские машины туда не пускали. Именно недалеко от того места на парковке у большого магазина и стоял старенький чёрный седан с ржавым кузовом и треснувшим лобовым стеклом. Соня обняла явно не находившего себе места черноволосого мужчину.
— Господин, позвольте представить, это мой младший брат Егор Орфеев. Брат, это виконт Кирилл Дмитриевич Соколов. Я теперь служу роду Соколовых.
На лице Егора возникло выражение неподдельного изумления. Я кратко пояснил ситуацию и уточнил, хочет ли он на службу и чем занимается. Кроме того, я ощущал в нём духовную энергию.
— Я учусь на оператора программируемых станков, господин. Обработка металлов разными методами, в том числе магическими инструментами. Я воитель, в отличие от сестры у меня нет дара. Днём подрабатываю помощником на различных производственных участках и иногда курьером. Я благодарю вас за спасение моей сестры, но боюсь у меня обучение по договору — должен отработать минимум пять лет.
Он описал род компьютеризированных станков и нанимателя. Хм… не совсем тот профиль, что для производства накопителей. Впрочем, он близок к оружейному делу, которое я тоже планирую развивать.
— Поскольку твоя сестра теперь служит роду Соколовых, я могу выкупить твой контракт. Ты подходишь для моего будущего производства.
Егор замялся, но тут вступила его сестра.
— Соглашайся. Господин очень сильный и мы тогда будем ближе друг к другу. Я смогу вылечиться, и дом отремонтируем! Не знаю, насколько нам поможет государство.
Я уже обсудил с Соней вопрос секретности моего дара и пока был доволен её рвением. Егор же сдался под напором неожиданно сильно настаивающей девушки. А мне едва слова могла выдавить.
Пока они болтали, я незаметно сделал паучка и отправил их ехать на машине. Послушаем, о чём они будут говорить наедине. Мы переместились к элитному комплексу, где старое ведро смотрелось откровенно неуместно среди новеньких машин, но у нас было право на два парковочных места под зданием. Соня и по дороге ничего не рассказала, что меня порадовало. А я получил время написать Полине о стигме и спасённых людях.