— Мы похожи на лекарей? — возмутилась Бранхель, но, перехватив мой взбешённый взгляд, буркнула: — Мы можем только извлечь из их тел яд Язычков. Но усилить регенерацию — нет. Так что до больницы твоим друзьями придётся побыть медузами. Но, с другой стороны, им очень идёт. Особенно девушке. Прозрачное тело замечательно оттеняет её розовые волосы…
— Вытягивайте, — процедил я. Вельз открыл рот и странно застрекотал. Тела Кристины и Саши вспучились и раздулись. Учитывая, что они были желейными, выглядело это действительно страшно. В какой-то момент мне показалось, что мои друзья взорвутся, однако так же резко их тела уменьшились, и на их поверхности выступили ядовито-зелёные капли. Саша, который метался в бреду, затих и облегчённо вздохнул. Я сдержанно поблагодарил: — Спасибо. Так что там с договором?
— Магической клятвы достаточно, — постановил Маро. — Положи ладонь на мой лоб и произнеси свои обязательства…
Я принёс клятву гипсовым Ядозубам, а они в ответ поклялись не причинять вреда людям, не перечить мне в важных вещах и спокойно жить-поживать в деревне Северные Гребешки с редкими выездами в Краснодар. Бранхель вообще мечтала о цирке — чтобы их там показывали в качестве редких диковинных артефактов. Она настаивала, чтобы такие выступления были обязательным условием нашей магической клятвы. С превеликим трудом я её отговорил — едва ли непревзойдённой Королеве Ядозубов придётся по нраву, если люди будут смеяться над ней и тыкать пальцем в её лицо. Магия была нашим свидетелем — как только были произнесены последние слова клятвы, нас всех окутала фиолетовая дымка. Маро удовлетворённо хекнул и провозгласил:
— Возвращаемся!
Дебера устало зыркнула на своего мужа, который не отрывался от артефакта, транслирующего картинку из Пещеры Изгоев. Вообще-то была его очередь мыть посуду, но он порезал ладонь на левой лапе, из-за чего временно выбыл из строя. Дебера была уверена — он сделал это специально! Чтобы спокойно смотреть приключения людей и не отрываться на домашние дела! Она так задумалась, что вздрогнула от испуга, когда кто-то врезался в её ногу. Это был Юда — её шестилетний сын. Он держал в руках толстую энциклопедию «Монстры нашего мира». На предпоследней странице была статья о Ядозубах. В некотором смысле это была философия их расы — Ядозубы считали себя монстрами, наравне с неразумными Гигантскими Кузнечиками или Саблезубыми Аистами. Они были частью Данжей — такими же монстрами, которые сражаются за кусок земли и пропитание. Правда, в последнее время новое поколение Ядозубов всё больше и больше выказывало недовольство такой философией. Деберу это огорчало. Она старалась передать своё мировоззрение Юде, поэтому каждый вечер читала ему «Энциклопедию».
— Мама, они такие классные! — воскликнул Юда.
— Кто, малыш? Монстры? — спросила Дебера, поглядывая на мужа.
— Нет, люди! — Юда вскинул руки вверх. — Такие потрясные! Особенно мальчик, который превратил всех в холодец! Он такой умный! Я хочу быть как он! — Юда потянул Деберу за юбку, заставляя её наклониться, и доверительно прошептал: — Теперь я знаю, кем стану, когда вырасту! Охотником на монстров!
Дебера в ужасе ахнула и схватилась за сердце. Её муж, который услышал слова сына, захихикал, но быстро заткнулся под суровым взглядом Деберы. Но прежде чем она сообразила, что ответить Юде, в небесах грянул гром. Глубокий голос откашлялся и торжественно произнёс:
— Радуйтесь, Ядозубы! Настал великий день, когда знаменитые Короли возвращаются из небытия! Герои, которые защищали наше Королевство и делали всё, чтобы оно процветало, вновь спустились к смертным, чтобы выслушать их просьбы! Выходите же из своих жилищ, чтобы поприветствовать Королей древности…
— И не очень, — вставил голос помоложе.
— Тебя не спрашивали, — рыкнул первый голос, запнулся и скомканно закончил свою речь: — Выходите на главную площадь, Короли будут ждать вас там. Креоган-самозванец мёртв, можете не бояться наказания. Законного Короля уже вытащили из казематов, он присоединится к собранию чуть позже.
— Ерунда какая-то, — пробормотала Дебера.
— А давайте сделаем нашим Королём того мальчика? — предложил Юда.
Дебера мученически простонала и заявила:
— Ты остаёшься дома.
— Великан-хозяин-друг! — проорал Крабогном, стоило мне выйти из Пещеры Изгоев, и бросился мне на шею. — Вы жить! Я радоваться! Если бы вы умереть, я грустить! Честное-пречестное!
Передо мной предстала довольно странная картина — к стене напротив были прилеплены двое Ядозубов. Ну, одного прилепил я — молодого охранника, который провёл меня к Пещере Изгоев. Но вот кто второй? И почему он мёртвый? Раздутая шея, тёмно-зелёное лицо, одутловатые щёки и раздутые веки, отчего глаза превратились в узкие щелочки. Стоп. Ядозуб-охранник ещё и раскрашен как девица на выданье. Он жалобно посмотрел на меня, и его глаза умоляли о спасении. Видя моё непонимание, он пояснил: