Уже не шептала, нет. Страх отступил немного. Неизвестность все еще немного пугала, но я уже не чувствовала себя одиноко, со мной была моя тао. Причем, в этом странном месте энергия словно от чего-то подпитывалась. Усталость, как вода в песок, утекала.
Нога больше не ныла, и я предприняла еще одну попытку подняться. Для этой цели, чтобы понапрасну не рисковать, осторожно подползла к стене и, цепляясь за почему-то на удивление теплый камень, попробовала встать. Медленно, очень медленно и аккуратно, перенося вес на здоровую ногу, все же удалось принять вертикальное положение.
Теперь будем учиться ходить. Одной рукой я все еще держалась за стену, а вот над второй создала энергетический шар-фонарик. Полы-то еще не осматривала. Мало ли какие тут могут быть сюрпризы. Попробовала сделать шаг. Получилось. Связки гудели, я прихрамывала, но двигаться вполне способна.
Доковыляв до темной дыры, опустилась на колени. Действительно грот. Если встать на карачки, то я вполне могла проползти вперед. Кроме того, мне показалось, что дальше лаз становился выше и шире. А еще, если хорошо прислушаться, где-то вдалеке шумела вода. Не капала, а именно шумела.
Пить хотелось очень, да и дышать с каждой минутой становилось все труднее. Мерзкий запах проникал в рот, нос, горло, вызывая тошноту и рвотные позывы. Что я теряю? Какая разница, где погибать: здесь или там, в неизвестной пещере? Пока я иду веред, есть хоть какая-то надежда на то, что выберусь.
И я поползла. Постольку поскольку опиралась я теперь на обе ладони, помогая себе коленями, то двигаться приходилось в темноте, на ощупь. Конечно, не хотелось бы напороться на что-нибудь или кого-нибудь неприятное, но ситуация не оставила мне иного выбора.
Не знаю, сколько прошло времени, но ладони саднило, а колени уже неимоверно ныли. И это я не говорю о спине, которая готова была рассыпаться на части. Все-таки ползать в столь унизительной позе мне не приходилось, и мышцы к этому совершенно не привыкли.
Я села, привалившись к стене, и снова создала шар.
Ого! Грот действительно расширился и стал выше. Теперь я могла спокойно встать, выпрямившись во весь рост и, что не маловажно, могла не путешествовать в темноте. Это радовало, потому что с расширением полезного пространства, росла и надежда на спасение.
Поднялась быстрее, чем в каменном мешке. А сделав пару шагов, с удивлением поняла, что не хромаю и вообще ощущаю в себе физический и эмоциональный подъем. Словно почувствовав мое состояние, шар над рукой разгорелся ярче, переливаясь насыщенным перламутром. Что хотите мне говорите, а магия — это круто! И я зашагала бодрее. Даже мурлыкала под нос детскую песенку, что-то вроде «от улыбки хмурый день светлей: и слону, и даже маленькой улитке». Собственно, мне, как и той улитке, было светлее и с каждым шагом все радостнее. Вроде и поводов не намечалось, а все же глупая улыбка лезла на лицо сама.
Грот оборвался внезапно. Только что я шла, потом лаз сделал резкий поворот, и вдруг потолок ушел куда-то далеко вверх, стены — в стороны, а пол засиял. Да, засиял и не только пол. Вокруг все мерцало и переливалось. Загадочно, таинственно, волшебно и очень знакомо.
Я прошла немного вперед и увидела его…
— Здравствуй, озеро! — зачем-то решила быть вежливой, словно оно было живым и могло мне ответить.
Да и не важно все это. Главное здесь была вода, а пить уже хотелось так, что губы пересохли и потрескались. На противоположном конце пещеры гремел водопад, с силой обрушиваясь в озеро. Причем падал он прямо из отвесной стены, словно кто-то проложил в камне огромную трубу. Во время моих медитаций я его не видела, зато услышала в каменном мешке и упорно шла на рокочущие звуки.
Мой шарик-фонарик, посчитав, что его миссия выполнена, растаял. Сейчас я и без него все отлично видела. Разумеется, я помнила, что в озере кто-то живет, хотя ни разу так и не увидела. Судя по силуэту, обитатель подземного водоема был крупным, если не сказать огромным. А значит, рассуждая логически, никак не смог бы поместиться в гроте, из которого я вышла. Нога меня уже не беспокоила, так что в случае чего добежать и спрятаться успею.
Преодолев несколько пологих природных каменных ступеней, спустилась к озеру. Вода все так же сияла, как и в моих видениях. Будь что будет! Наклонившись, зачерпнула целую горсть и поднесла к губам. Осторожно попробовала кончиком языка. Пресная, пить можно. Сделала небольшой глоток, за ним еще один и еще, жадно припадая к ладоням. А потом повторно наклонилась, чтобы набрать еще воды, которая оказалась свежей, прохладной и безумно вкусной, как в колодце у нас на даче.
Вторую порцию пила уже не спеша, наслаждаясь каждой каплей.
«Маленькая тао…» — четко прозвучавший чужой женский голос заставил прервать увлекательное занятие и насторожиться.
— Кто здесь? — негромко спросила я.
— Здесь… есь… есь… — откликнулось эхо.
Никого не было, и озеро оставалось спокойным, и туша не всплывала, и пить, признаться, больше не хотелось.
«Маленькая тао…» — нет, не звали, а будто констатировали факт или сообщали непреложную истину.