- Па-а-ап, а какое платье было у принцессы? – Чисто женский вопрос поставил отца семейства в тупик. – Ну, она же принцесса, значит, у нее должно быть очень красивое и дорогое платье!..
С такой логикой не поспоришь, но мне было интересно, как из этой скользкой ситуации выпутается муж.
- Белое, пышное, сверкающее сотнями снежинок, оно полностью было соткано из снега и льда, такое красивое, что Охотник едва мог дышать, глядя на свою невесту.
Кто из нас не мог дышать, так это я, которую добрые мама и подружки затянули в корсет!
- Вот бы увидеть его… - вздохнула маленькая золотоволосая девочка с синими глазами.
- Непременно увидишь, - улыбнулась я, проходя в комнату.
Натан перехватил мою руку и нежно поцеловал в ладонь, а я наклонилась и прикоснулась губами к нежной щечке своей шестилетней дочурки.
Оставляя три пустые комнаты, Хемминг как в воду глядел: через три года после свадьбы у нас родились двойняшки – оба мальчика, но один из них был оборотнем, другой – чистокровным магом льда и, как подтвердил Юрген, полноправным Властителем. Каратель радовался, как безумный, и я очень боялась, что он избалует их своей любовью, но нет – Андрей и Максим росли в заботе и строгости, настоящими мужчинами, благодаря чутким наставлениям отца.
А еще через шесть лет на свет появилась красавица-дочка Златослава – тоже маг, но с направленностью воды, как у бабушки. И вот уж кому суровый Ревизор Контроля не мог отказать ни разу, души не чая в малышке с кудрями, в которых путалось само Солнце.
Мы вышли из детской, плотно закрыв дверь, и я посмотрела на мужа, зацепившись за одну свою мысль.
- Слушай, а откуда ты знал, что детей будет трое?
- Не трое. И Кассандра никогда не ошибается, - лукаво улыбнулся Хемминг, притягивая к себе и целуя в губы.
- Стой-стой, так ремонт, который ты затеял – это… - ошарашено выдохнула моя потрясенная светлость.
- Да-да, любимая! Я тоже очень счастлив! – улепетывая от меня на магический полигон, хохотал неподкупный Каратель Полуночи.
Я никогда не думала, что умею так любить. Даже представить не могла, что когда-нибудь смогу быть такой счастливой. Но вот я смотрю на обожаемого мужа, ненаглядных детей и понимаю – чудеса случаются.
Но лишь там, где в них верят.