Читаем Право - Азбука, Теория, Философия, Опыт комплексного исследования полностью

. . .Как и по предшествующему случаю не будем касаться всех вопросов, возникающих по данному происшествию. Оно закончилось рассмотрением уголовного дела в суде - о некоторых из связанных с этим делом вопросов речь впереди. А пока отметим исходный пункт происшествия. Как ни оценивай последующие события, очевиден начальный факт - четверо молодых людей заняли места в троллейбусе, над которыми висит табличка "для пассажиров с детьми и инвалидов", и продолжали занимать эти места даже тогда, когда рядом с ними, в проходе салона стояли пассажиры, которые со всей очевидностью принадлежат к указанным в табличке категориям, в том числе женщина с ребенком на руках.

Впечатление о праве. - Дело - официальное, публичное. Итак, две, казалось бы, одинаковые жизненные ситуации. И в том и другом случаях есть основания утверждать, что у определенных лиц (в первом случае - у женщины в электричке, во втором - у инвалидов и пассажира с ребенком в троллейбусе) имеются права. Права на то, чтобы претендовать на места в общественном транспорте, пусть даже и занятого другими пассажирами..

Но что это за права?

И вот при ответе на этот вопрос мы уже можем сделать первый шаг к пониманию того, что из себя представляют права, когда в связи с ними имеются в виду законы, деятельность судов, милиции и т.д.

В первом случае ("случай в электричке") перед нами такие "права", которые принадлежат к моральным отношениям, культуре, принятым обыкновениям. Обязанность мужчины уступить место женщине - обязанность морального порядка, показатель его воспитанности, культуры. Женщина имеет своего рода право на уважительное к ней отношение, она может принять или не принять предложение занять место, любезно уступаемое ей мужчиной, обладающего достаточным уровнем культуры, воспитанности или действующего просто по принятому обыкновению. Но она в данном случае не вправе требовать уступить ей место.

Иная картина во втором из приведенных ранее случаев ("случай в троллейбусе"). В отношении ребят из техникума связи, занявших места в троллейбусе, над которым помещена табличка "для пассажиров с детьми и инвалидов", кондуктор, контролеры, да и сами граждане вправе требовать от молодых людей освободить занятые места; тем более, если рядом в проходе стоят пожилые люди, женщина с малышом.

Значит, суть дела - в том, дают или не дают принадлежащие лицу возможности, обозначаемые словом "право", основание требовать от других лиц известного поведения, в данном случае - освободить занятые ими места в общественном транспорте?

Да, суть дела - именно в этом.

В большом множестве самых разных возможностей, принадлежащих человеку, обозначаемых словом "права" (права - в области морали, культуры, обыкновений, добровольных объединений людей), нужно выделить особую их группу. Группу таких прав, которые обладают категоричностью, или иными словами, - императивностью, предполагающей безусловную обязательность выполнения требования, предъявляемого "по праву". И это - не одни лишь громкие слова (слова "требую" подчас произносят произвольно, к месту или не к месту). Императивные, "по праву" предъявляемые требования, поддерживаются государством, его авторитетом, его силой, при необходимости - учреждениями охраны общественного порядка, карательными органами. Ведь и в происшествии, которое случилось в троллейбусе - если, понятно, пока отвлечься от крайностей и очевидных случившихся в данном случае ошибок - именно в отношении произвольно занятых мест заработала жесткая государственная машина - начали действовать строгие контролеры, появились работники милиции (увы, не разобравшиеся, по всем данным, в существе происшествия), наконец, по данному юридическому делу состоялся суд. Словом, в правах, которые дают возможность для императивных требований, как бы содержится "кусочек" государственной власти. Государство через эти права вверяет отдельному лицу какую-то частицу своего авторитета и свой государственной силы, выраженных в категоричности, императивности требований.. Любое лицо, которое предъявляет известные требования "по праву", неважно предъявляются ли они другому гражданину в троллейбусе, соседу по квартире или государственному учреждению, действует уже, так сказать, в области официальной жизни, т.е. в порядке государственных отношений строгих, обязательных для всех. И стало быть, дело здесь официальное, государственное. Или - как принято говорить с юридической точки зрения - публичное. То есть - такое, которое касается всего общества, его интересов и отсюда - авторитета и сила государства. Пусть даже дело касается мелкого вопроса - мест в общественном транспорте. Хотя - как сказать, для кого это мелочь, для кого обстоятельство очень важное в жизни . . .

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука