Читаем Преступления без наказания полностью

В XX веке германским нацистам эти откровения пришлись по душе, и они объявили войну «слабым» во имя процветания сильных, именуемых «высшей расой». Их плачевный урок, похоже, не пошел человечеству впрок. Сейчас новые «цивилизаторы» заявляют, что на планете Земля есть место для процветания только одного «золотого» миллиарда, а остальные должны спасаться кто как сможет.

Но вот что потревожило автора. Почему так быстро нашлись эти слова бесноватого фюрера? С какого бодуна появились после майдана-14 факельные шествия бандеровцев и уповцев? Откуда взялись неожиданно большие деньги – «долЯры» у назначенных янки оппозиционеров Правого сектора и для оплаты «столбов», торчащих под дождями и в морозы на митингах? Почему российское руководство, особенно внешнего ведомства, так пассивно работало на территории Украины? Не из-за слабости ли этих личностей?

Закономерные вопросы роятся…

Думается, что любые социальные потрясения, революции, контрреволюции, гражданские бойни не только приводят в смятение умы, но и разрушают привычные правила поведения, сокрушают моральные и нравственные устои, быстро меняют людей под воздействием специальной пропаганды.

Оценки событий 1991 и 2014 годов соответственно в России и на Украине позволяют наиболее полно осознать глубины катастроф. В России происходили стратегические события мягче за счет признания ею правопреемницей Советского Союза, на Украине жестче из-за полного отрицания советского прошлого. За основу ассоциативного поведения нынешних руководителей Киева взята модель «страшной власти», которой угрожал в случае завоевания этой самой власти и которую проповедовали галичанин Степан Бандера и его сподручные – кровавые псы галицийского национализма.

Еще недавно советские и российские вожди с невероятной легкостью отказывались от своих русских земель, политых кровью миллионов наших предков – россиян разных национальностей. А сегодня дико слышать: «А на хрена она нам, эта долбанная Украина. Незалежная – ну и хрен с ней, пусть сама и выкарабкивается. Она гоноровая, как ляхи…»

Но разве виноват весь народ в том, что правители, явно пиаря в вышиванках, захватившие в ходе «революции достоинства», а по сути, государственного переворота власть, повели его в противоположную сторону от жизненных реалий. Так как всякие революции совершаются для взятия власти, нынешние гайдамаки от политики, как никогда в прошлом, обдирают страну под бессовестные рекомендации дяди Сэма. С таким подходом они готовы превратить Россию в Московское княжество, недаром Киев призывает величать Украину Русью, а Россию – Московией.

Польский журналист Томаш Мацейчук, поездив по современной так называемой Киевской Руси, восклицает с удивлением и возмущением:


«Я не знаю такого государства в Евросоюзе, где человека могут убить за взгляды. Украина является именно такой страной, и такой Украине не место в Евросоюзе».


Вопросы, вопросы, вопросы…

Полнейшее «дежавю» – по существу, через чуть более двадцать лет сработала, вернее, повторилась на Украине ельцинская матрица разрушения государственности, через разгон парламента, а потом и вероломный захват власти в ходе государственного переворота. И еще есть отличие – в Киеве открыто правят гауляйтеры из Вашингтона. Они в этом признаются, в Москве – стеснялись это признать.

В России политическая дикость происходила в период с 1991 по 1993 год, на Украине – с 2004 по 2014 год. Что-то долго они перенимали опыт ельциноидов! И вот переняли и разрушили «незалежную» государственность, полученную легко и без крови в девяносто первом XX века. Сейчас в мучениях, с разваленной экономикой и, по существу, гражданской войной Украина пытается вползти в Европу Большинство порядочных людей на майдане явно не этого ждали от политических витий. Порой кажется, что «шоколадный гетман» действует по принципу – назло неньке Украине пойду и уши отморожу. И он их скоро отморозит…

Отделились, перегрызлись, стали гоноровыми на пустом месте, но Москва так и осталась для многих украинцев и не только моих земляков из Полесья столицей постсоветской Родины. Сюда на работу едут миллионы и из других стран бывшего Союза. Говорят, по оценкам Левада-центр, а их уже около четырех миллионов. Куда деваться нашим братьям – я это говорю без сарказма и насмешки. Мы были братьями и останемся ими, а эта черная полоса междусобойчика останется дурным сном, который постепенно забудется.

Конечно, многим больно за то, что происходит в Донбассе. Там свирепствуют взрывы и огонь, льется кровь невинных с той и другой стороны. Главная прелесть любого огня, как считают некоторые горячие головы в современном Киеве, – в том, что он уничтожает ответственность и последствия. Думается, они ошибаются – ответственность и последствия остаются. Со временем новые люди, придя к власти в Киеве, с них спросят по всей строгости справедливого закона.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Расшифрованный Булгаков. Тайны «Мастера и Маргариты»
Расшифрованный Булгаков. Тайны «Мастера и Маргариты»

Когда казнили Иешуа Га-Ноцри в романе Булгакова? А когда происходит действие московских сцен «Мастера и Маргариты»? Оказывается, все расписано писателем до года, дня и часа. Прототипом каких героев романа послужили Ленин, Сталин, Бухарин? Кто из современных Булгакову писателей запечатлен на страницах романа, и как отражены в тексте факты булгаковской биографии Понтия Пилата? Как преломилась в романе история раннего христианства и масонства? Почему погиб Михаил Александрович Берлиоз? Как отразились в структуре романа идеи русских религиозных философов начала XX века? И наконец, как воздействует на нас заключенная в произведении магия цифр?Ответы на эти и другие вопросы читатель найдет в новой книге известного исследователя творчества Михаила Булгакова, доктора филологических наук Бориса Соколова.

Борис Вадимович Соколов , Борис Вадимосич Соколов

Документальная литература / Критика / Литературоведение / Образование и наука / Документальное
Повседневная жизнь петербургской сыскной полиции
Повседневная жизнь петербургской сыскной полиции

«Мы – Николай Свечин, Валерий Введенский и Иван Погонин – авторы исторических детективов. Наши литературные герои расследуют преступления в Российской империи в конце XIX – начале XX века. И хотя по историческим меркам с тех пор прошло не так уж много времени, в жизни и быте людей, их психологии, поведении и представлениях произошли колоссальные изменения. И чтобы описать ту эпоху, не краснея потом перед знающими людьми, мы, прежде чем сесть за очередной рассказ или роман, изучаем источники: мемуары и дневники, газеты и журналы, справочники и отчеты, научные работы тех лет и беллетристику, архивные документы. Однако далеко не все известные нам сведения можно «упаковать» в формат беллетристического произведения. Поэтому до поры до времени множество интересных фактов оставалось в наших записных книжках. А потом появилась идея написать эту книгу: рассказать об истории Петербургской сыскной полиции, о том, как искали в прежние времена преступников в столице, о судьбах царских сыщиков и раскрытых ими делах…»

Валерий Владимирович Введенский , Иван Погонин , Николай Свечин

Документальная литература / Документальное